Vladimir Putin’s Annual News Conference in Side-by-Side Translation – Part II

The following is the official video, transcript, and official translation for Vladimir Putin’s annual news conference as given on December 14, 2017.

Note that the text is as given on the Kremlin’s official site. It has been reformatted so that students of language can better use it as a learning resource. Edits have been made only to paragraph spacing in some instances to make the side-by-side formatting work. All images also from Kremlin.ru.

This resource is presented in two parts. Part I is here (and includes a video dubbed into English). The original, undubbed video is below.

Д.Песков: «Ассошиэйтед пресс», пожалуйста. Dmitry Peskov: Associated Press, you have the floor.
К.Де Пюри: (По-русски.) С Вашего позволения тоже задам вопрос на английском. Kate De Pury: Kate De Pury, Associated Press. (In Russian): If I may, I will also ask my question in English.
(Как переведено.) Соединённые Штаты хотят, чтобы Россия убедила Северную Корею, чтобы она сдержала свою ракетную программу. Россия поддерживает более жёсткие санкции против Северной Кореи? Вы думаете, что сотрудничество с Северной Кореей могло бы отогреть российско-американские отношения, и что позволит улучшить их с господином Трампом? (In English): The US wants Russia to do more to persuade North Korea to halt its missile programmes. Would Russia support tougher sanctions against North Korea? And do you think that cooperation on North Korea could warm up US-Russia relations? Or have you lost hope of mending them under Mr Trump? Thank you.
Большая пресс-конференция Владимира Путина. / Vladimir Putin’s annual news conference.
В.Путин: Интересные вы ребята. Вы не обратили внимания, что ваши конгрессмены, сенаторы так хорошо выглядят, красиво, костюмы у них, рубашки. Они вроде умные люди. Они нас поставили в один ряд с Северной Кореей и Ираном и при этом в то же время подталкивают Президента, чтобы он уговорил нас вместе с вами решать проблемы Северной Кореи и иранской ядерной программы. Vladimir Putin: You are such interesting people. Have you noticed that members of US Congress and Senate are so nice-looking and beautifully dressed in fancy suits and shirts? They seem to be intelligent people. They have put us on the same level with North Korea and Iran, and at the same time, they continue to prod the President to talk us into addressing the issues of North Korea and the Iranian nuclear programme together with your country.
Вы вообще нормальные люди, нет? Странно, согласитесь, честное слово, это как-то за скобками здравого смысла. Но наша политика, в отличие от политики некоторых стран, всё-таки лишена, главным образом, текущей политической конъюнктуры. What is the matter with you? You must agree that this sounds strange, and that it somehow goes beyond common sense. However, unlike some countries, our policy mostly lacks political time-serving considerations.
Мы всё-таки стараемся конструктивно работать со всеми по наиболее злободневным вопросам в сфере международной безопасности. Мы стараемся не надувать губы, не обижаться на кого-то за непонятные нам, честно говоря, иногда решения. We are trying to work constructively with everyone on the most topical issues in the area of international security. We are trying not to sulk and not to take offence with someone in response to decisions that we sometimes fail to understand.
Но что касается Северной Кореи, наша позиция хорошо известна, мы не признаём ядерный статус Северной Кореи. Мы считаем, что всё, что там происходит, это контрпродуктивно. Regarding North Korea, our position is well known: we do not recognise North Korea’s nuclear status. We believe that everything taking place there is counterproductive.
Я уже говорил и хочу Вам ещё раз повторить, в 2005 году с Северной Кореей в принципе договорились о том, что она прекращает свою ядерную военную программу. Северная Корея взяла на себя определённые обязательства. Все согласились и подписали эти соглашения. I have already said this, and I would like to tell you once again that in 2005 the concerned parties came to an agreement with North Korea that it would terminate its nuclear weapons programme. North Korea assumed certain obligations. Everyone agreed and signed these agreements.
Буквально через несколько месяцев Соединённым Штатам показалось мало этих договорённостей. Сразу были произведены аресты счетов северокорейских банков, и сказали, что Северная Корея ещё должна что-то сделать за пределами договорённостей. Only several months later, the United States decided that these agreements were not enough. The US side promptly froze the accounts of North Korean banks and said that North Korea had to do something else outside the framework of these agreements.

“Мы стараемся конструктивно работать со всеми по злободневным вопросам международной безопасности. Мы стараемся не надувать губы, не обижаться на кого-то за непонятные нам, честно говоря, иногда решения.”

Но Северная Корея плюнула на всё это и вышла из всех договорённостей. И начала снова развивать свою ядерную программу. Зачем вы это сделали? Мало показалось? Зачем тогда подписывали, если считали, что этого мало? Спровоцировали Корею, на самом деле, на выход. А потом ещё хуже – потом и Ливия, и Ирак. Я уже много раз говорил об этом. But North Korea decided not to bother and withdrew from all those agreements, and started developing its nuclear programme once again. Why did you do that? Did you think this was not enough? Then why did you sign the agreements if you thought it was not enough? In reality, you provoked North Korea to withdraw. Later, the situation became aggravated even further with Libya and Iraq. I have spoken about this many times.
Северная Корея не видит другого способа самосохранения, кроме как развитие систем оружия массового поражения и ракетной техники. Сейчас, видите, доработались до того, что у них ракеты уже достают до территории Соединённых Штатов, судя по всему. Что здесь хорошего? North Korea sees no other means of self-preservation but to develop weapons of mass destruction and missile technology. As you can see, their upgraded missiles are now capable of hitting the United States. Is there anything good in this situation?
Мы считаем, что с обеих сторон нужно прекратить нагнетание ситуации. Уже вроде мы услышали от американских партнёров: всё, мы прекратим учения. Нет, взяли опять провели, северокорейцы опять запустили ракеты. Надо спираль эту закончить, ведь это чрезвычайно опасная вещь. We believe that both sides need to stop ramping up tensions. At one point, we heard from our American partners that they would stop military exercises. Well, they have conducted another exercise, and the North Koreans have launched their missiles yet again. This spiral has to end because it is an extremely dangerous thing.
Мы говорили с американскими партнёрами, даже если предположить, что Соединённые Штаты будут наносить какие-то удары, даже неядерными средствами, а высокоточным оружием в неядерном исполнении, а куда будете бить? Что, ЦРУ точно знает или РУМО точно знает, где, какие цели нужно поразить одним ударом? We have talked with our American partners. Supposing that the United States launches some strikes with high-precision non-nuclear weapons, what targets will be attacked? Do the CIA or the Defence Intelligence Agency know exactly what targets, and where, must be hit with one single strike?
Нет, конечно, это закрытая страна – Северная Корея; что-то знаете, а что-то наверняка нет. А там достаточно одного пуска, чтобы последствия были катастрофическими, пуска со стороны Северной Кореи. Катастрофическими. Of course, they do not because North Korea is a walled-in country. You know some things, and you have no idea about others. And even one North Korean missile launch would have disastrous consequences. I repeat, the consequences would be disastrous.
Да, Соединённые Штаты уже однажды в истории применяли ядерное оружие, и, на мой взгляд, необоснованно, против Японии. Но сейчас-то вообще нет никакой необходимости. Надо быть крайне осторожными. Yes, the United States has already used nuclear weapons against Japan. I do not believe it was justified. Now there is absolutely no need for this. It is important to be very careful.

“Что касается Северной Кореи, наша позиция хорошо известна, мы не признаём ядерный статус Северной Кореи. Мы считаем, что всё, что там происходит, контрпродуктивно.”

Сейчас господин Тиллерсон заявил о том, что Соединённые Штаты вроде готовы к прямым контактам. Это очень хороший сигнал, это очень хороший сигнал, который говорит о том, что в американском руководстве в целом и в Госдепе происходят явно какие-то подвижки, осознание реалий, надеюсь, вместе с разведсообществом Соединённых Штатов, вместе с Пентагоном. Mr Tillerson has recently said that the United States is prepared to establish direct contacts. This is a very good message showing that some changes are taking place among US leaders and at the Department of State, and that they are coming to recognise certain facts, hopefully together with the US intelligence community and the Pentagon.
И если мы будем двигаться исходя из здравого смысла, то мы, конечно, будем сотрудничать с Соединёнными Штатами по всем вопросам подобного рода, в том числе и по Северной Корее. If we proceed on the basis of common sense, then we will, of course, cooperate with the United States on all such issues, including North Korea.
Д.Песков: Давайте мы сюда. Dmitry Peskov: Let us take this question.
В.Путин: Там Башкирия рядом, а в моём сознании, в моём понимании, Украина тоже недалеко. Вот Украина, пожалуйста. Vladimir Putin: Bashkiria is nearby, but in my mind, in my understanding, Ukraine is also not far from there. Here comes Ukraine, please go ahead.
Р.Цимбалюк: Спасибо большое за возможность задать вопрос. Roman Tsymbalyuk: Thank you very much for the opportunity to ask a question.
Но поправлю Вас, Украина и Башкирия далеко. Мы только с вашими бурятами пока очень близко знакомы. However, I will correct you, Ukraine and Bashkiria are far from each other. We are only closely familiar with your Buryat people.
Я не первый раз задаю вопрос Вам, беда только в одном, Вы не на все вопросы отвечаете. Раньше Вы говорили о том, что никогда не скрывали, что отправляете на Донбасс людей решать военные вопросы, в жизни это называется – убивать граждан Украины. И, в принципе, тут всё понятно, и наша армия знает, что с этими людьми делать, с вашими решателями, или решалами. Но часть из них попадают в плен, потом в украинские тюрьмы, и их приговаривают, в том числе и к пожизненным заключениям. This is not the first time I am asking you a question. The problem is that you do not answer all the questions. Earlier, you said that you never concealed the fact that you are sending people to Donbass to address military issues. In real life, this is called killing Ukrainian citizens. As a matter of fact, everything is clear here, and our army knows what to do with these people. But some of them are taken prisoners and end up in Ukrainian prisons. They get sentenced, sometimes to life in prison.
Вот у Вас заканчивается третий срок, вдруг Вас не выберут. Не хотите ли Вы поменять своих граждан? Тем более это не так сложно, потому что украинцы своих не бросают, и мы хотим вернуть своих 65 заложников, про которых Вы прекрасно знаете, это не только Сенцов, Сущенко, это куча, десятки крымских татар из Крыма. Your third term is coming to an end. What if you do not get re-elected? Don’t you want to exchange your citizens? This is not so difficult, because Ukrainians do not leave their people behind. We want to return 65 hostages, of whom you are well aware, not just Sentsov and Sushchenko, but dozens of Crimean Tatars from Crimea as well.
(Шум в зале.) (Noise in the audience)
В.Путин: Пожалуйста, не мешайте. Vladimir Putin: Keep it down, please.
Р.Цимбалюк: И если Вы всё-таки выиграете выборы, возможно, Вы будете и дальше занимать такую абсурдную позицию по Донбассу, по миротворцам? И на практике люди ваши, которые решают там вопросы, они занимаются резнёй населения Донбасса, и Вам не стоит этого бояться, потому что освобождённые украинские города, как Славянск и Мариуполь, живут прекрасной мирной жизнью. Спасибо. Roman Tsymbalyuk: If you do win the election, will you stick to such an absurd position on Donbass and peacekeepers? In fact, your people who are addressing issues there engage in carnage of the people of Donbass, and you should not be afraid of it, because liberated Ukrainian cities such as Slavyansk and Mariupol are enjoying a wonderful peaceful life. Thank you.
Д.Песков: Здесь добавление, «РИА Новости» тоже хотят. Dmitry Peskov: There is more. RIA Novosti also wants to ask a question.
В.Путин: Пожалуйста. Vladimir Putin: Please, go ahead.
Большая пресс-конференция Владимира Путина. / Vladimir Putin’s annual news conference.
Е.Глушакова: Лена Глушакова, «РИА Новости». Я просто тоже про Украину хочу сразу, если мы так, блоками, делаем, добавить. Yelena Glushakova: Lena Glushakova, RIA Novosti. I also wanted to ask a question about Ukraine, since we are asking questions in blocks.
Ситуация с реализацией минских договорённостей кажется катастрофической. На Ваш взгляд, по-прежнему они работают для урегулирования этого конфликта? The situation with implementing the Minsk agreements seems disastrous. Do you think they are still working to settle this conflict?
И ещё такой момент. США постоянно проводят встречи с российскими представителями на тему Украины. При этом они в «нормандскую четвёрку» не входят. Может быть, стоит уже сделать фактическим их участие, формальным, чтобы они стали пятым членом «нормандского формата»? There is another related question. The United States constantly holds meetings with Russian representatives on Ukraine. However, it is not part of the Normandy Four. Is it perhaps time to make the US a formal participant of the Normandy format so that it becomes its fifth member?
И, если можно, ещё один вопрос по поводу украинского политика Саакашвили. Как Вы считаете, какова его судьба в будущем Украины и вообще каковы перспективы ситуации в этой стране? Спасибо. If I may, one more question about the Ukrainian politician Saakashvili. What do you think about his future in Ukraine and what are the prospects of that country in general? Thank you.
В.Путин: Значит, по поводу «минского формата», его эффективности. Эффективность, конечно, низкая, и, на мой взгляд, прежде всего из-за неконструктивной позиции представителей сегодняшней киевской власти. Нет никакого желания реализовывать минские соглашения. Нет никакого желания начать настоящий политический процесс, завершением которого может быть реализация договора об особом статусе Донбасса, который закреплён в соответствующем законе Украины, принятом Радой, но не введённого до сих пор под разными предлогами в силу. Такая договорённость есть, и параметры этого закона хорошо известны. Vladimir Putin: As for the Minsk format, it has not been very effective, primarily because of the unconstructive position of representatives of the current Kiev authorities. There is no desire whatsoever to carry out the Minsk Agreements. There is no desire whatsoever to start a real political process that can secure the implementation of an agreement on the special status of Donbass, which has been established in a Ukrainian law passed by the Rada, but which has not become valid for different pretexts. The agreement on it exists and the parameters of this law are well known.
По поводу Соединённых Штатов. Соединённые Штаты, по сути, являются полноценными и полноправными участниками процессов урегулирования вне зависимости от того, находятся они в рамках «нормандского формата» или нет. Они всё равно очень глубоко вовлечены и в курсе всех происходящих там событий. As for the United States, it is a fully-fledged participant of the settlement processes in its own right, regardless of whether it is in the Normandy framework or not. In any case, it is very deeply involved and is well aware of all the events there.
Нужно ли их формально включать в «нормандский формат», я не знаю. Во всяком случае, это не от нас зависит. Поверьте мне, я никогда не был против этого. I do not know whether it should be formally included in the Normandy format. In any event, this does not depend on us. Believe me, I have never been against this.
Теперь по поводу того, о чём коллега спрашивал. Собственно, у него даже был не вопрос, а, скорее всего, позицию он заявил свою. Я вам хочу сказать. Now I will answer the question of your colleague. In fact, he did not ask a question but rather stated his position. This is what I would like to say on this score.
Во-первых, что касается того, где находится Украина и Башкирия. Судя по тому, что Вы без акцента говорили на русском языке, я считаю, в этом смысле, в ментальном смысле, Башкирия не так уж и далека от Украины, как Вам кажется, по географическому принципу. First, about the location of Ukraine and Bashkiria. Judging by the lack of any accent in your Russian, I believe mentally Bashkiria is not as far from Ukraine as you think in terms of geography.
Что касается трагедии, которая там происходит, – а это безусловно трагедия, здесь я не могу с Вами не согласиться, – надо всегда смотреть на первоисточник трагедии. Первоисточник – это государственный переворот, вооружённый неконституционный захват власти. И, как известно, часть народа Украины с этим не согласилась, начала с этим бороться. С теми несогласными, несмотря на якобы стремление Украины в лоно европейской цивилизации, начали бороться не демократическими средствами, а сначала – с помощью применения специальных служб, а потом – полномасштабного применения вооружённых сил. As for the tragedy that is taking place there today – and this is definitely a tragedy – I must agree. It is always necessary to look at the primary source of the tragedy. The primary source is a coup d’etat, the armed unconstitutional seizure of power. And, as is known, part of the people did not agree and started resisting. Despite Ukraine’s alleged desire to become part of European civilization, those who objected were fought against not by democratic methods but at first with the use of secret services and then with the full-scale use of the armed forces.
Российской армии на территории Донбасса нет. Но там действительно созданы определённые военные милицейские формирования, которые являются самодостаточными и готовы отразить любые крупномасштабные военные акции против Донбасса. There is no Russian army on the territory of Donbass but there are certain militia formations that are self-sufficient and ready to repel any large-scale actions against Donbass.
Мы считаем, что это соответствует интересам тех людей, которые проживают на этой территории, потому что, если у них такой возможности не будет, та резня, о которой Вы сказали – и даже хуже, чем в Сребренице, – будет осуществлена так называемыми националистическими батальонами. И их ничто не остановит, в том числе и обращения – как мне советовали некоторые мои западные коллеги – в правозащитные международные организации в случае развития событий подобного рода. И мы это прекрасно осознаём. We believe this meets the interests of the people who live on that territory because if they do not have such an opportunity, the massacre you mentioned, carried out by so-called nationalist battalions, will be even worse than in Srebrenica. And nothing will stop them, including appeals to international human rights organisations that I was advised to make by my Western colleagues if events take such a turn. We are fully aware of this.

“Российской армии на территории Донбасса нет. Там созданы определённые военные милицейские формирования, которые являются самодостаточными и готовы отразить любые крупномасштабные военные акции против Донбасса. Мы считаем, что это соответствует интересам тех людей, которые проживают на этой территории.”

Что касается миссии миротворцев. Это именно Пётр Алексеевич Порошенко говорил о необходимости сначала вооружить сотрудников ОБСЕ, я сразу согласился. ОБСЕ сразу от этого отказалась, сказала, что у них нет такого опыта, нет людей, и вообще они не хотят своим сотрудникам давать в руки оружие, потому что они сразу становятся целью для радикальных элементов с обеих сторон. Regarding the peacekeeping mission. It was Petro Poroshenko who spoke about the need to arm OSCE employees at first, and I agreed immediately. The OSCE turned down this idea right away saying that they have neither the experience nor the people and they do not want to give their employees weapons because they will immediately become targets for radicals on both sides.
Потом Пётр Алексеевич сказал, что нужно обеспечить безопасность сотрудников ОБСЕ с помощью сил ООН. Я и с этим согласился, и чтобы не было сомнений в том, что мы с этим согласны, мы внесли проект соответствующей резолюции, что должны появиться силы ООН, которые возьмут под защиту сотрудников ОБСЕ. Then Mr Poroshenko said that it is necessary to ensure security of the OSCE officers using UN forces. I agreed to that as well and, to dispel any doubts, we submitted a respective draft resolution, according to which UN forces would protect the OSCE employees.
После этого госпожа Меркель мне в телефонном разговоре сказала: «Почему только на границе, на линии разделения? Сотрудники ОБСЕ перемещаются по всей территории Донбасса. Согласись, пожалуйста, с тем, чтобы они были под охраной везде, где бы они ни появлялись, в том числе и на границе между Россией и Донбассом, Россией и Украиной, в этой части границы». After that, in a telephone conversation, Ms Merkel asked me, “Why only at the border, at the contact line? OSCE staff move all over Donbass. Please agree to them always traveling with security, wherever they go, including the border between Russia and Donbass, Russia and Ukraine.”
Я подумал и сказал: «Да, ты права, мы согласимся», – и мы тут же внесли коррективы в свою резолюцию. Но сейчас выясняется, что и этого недостаточно, что, по сути, всё сводится к тому, чтобы поставить под международный контроль эту территорию. I thought about that and replied, “Yes, you are right. We will agree to that.” We immediately amended the resolution. But now it turns out that that was not enough. Basically, it all comes down to establishing international control over that territory.
Мы не против этого, но для этого нужно киевским властям договариваться с самим Донбассом. И вообще, конфликты подобного рода в мире нигде не решались только через посредников, они везде решались в ходе прямых контактов между конфликтующими сторонами. Сегодняшние киевские власти, к сожалению, уклоняются от этих прямых контактов. We are not against that but Kiev would have to negotiate with Donbass. And, since we are talking about this, no other similar conflict in the world has ever been resolved only through mediators. Their resolution always required direct contacts between the parties to the conflict. Unfortunately, the current government in Kiev is evading direct contacts with Donbass.
Теперь что касается обменов. Я согласен с Вами в том, что люди страдают, и страдают безвинно. Вы думаете, что это всё происходит по инициативе Донбасса? Нет. Вот опять очередной обстрел был, по‑моему, вчера вооружёнными силами Украины. Даже нам иногда непонятно: это вооружённые силы или это те же самые какие‑то националистические батальоны? Now, exchanges. I agree with you. Innocent people are suffering. Do you think it is the fault of Donbass? No. Yesterday there was another shelling by the Ukrainian army. Sometimes even we cannot tell if it is the army or the nationalist battalions.
Насколько мне известно, не всегда там такие уж благостные отношения между регулярной армией и этими националистическими батальонами, не всегда – между регулярной украинской армией и этими батальонами. И, честно говоря, это правильно, потому что истинно военные люди призваны защищать свой народ и страну от внешней агрессии, а не от внутренних конфликтов, даже такого жёсткого и тяжёлого характера, который сейчас мы видим в Донбассе. As far as I know, the regular Ukrainian army and these nationalist battalions are not always on good terms. Honestly, I understand why. Because true soldiers are there to protect their people and the country from external aggression, not from domestic conflicts, even a tough and complicated conflict like the one in Donbass.
Теперь по поводу обмена. По поручению Президента Порошенко этим занимается господин Медведчук, который был приглашен Патриархией в Новоиерусалимский монастырь и там обратился с просьбой, поскольку обменов давно не было, повлиять на руководство двух непризнанных республик, ЛНР и ДНР, с тем чтобы они согласились на этот обмен. Now on exchanges. President Poroshenko instructed Viktor Medvedchuk to deal with this. Mr Medvedchuk was invited by the Russian Patriarchate to the New Jerusalem Monastery. As there had not been any exchanges for a long time, he asked us to use our influence with the leadership of the two unrecognised republics, the LPR and DPR, to get them to agree to this exchange.
Большая пресс-конференция Владимира Путина. Vladimir Putin’s annual news conference.
Мы провели эту работу, вы наверняка об этом знаете. И я даже впервые вообще с ними разговаривал, с руководителями. Они согласились. Потом Медведчук по согласованию с украинской стороной, разумеется, это было их предложение, привёз список: 67 человек с одной стороны и около 300 или что‑то в этом роде с другой стороны. Это был украинский список. И с ним согласились. We worked on that, as you probably know. In fact, it was the first time I had ever spoken to those leaders. They agreed. With the approval of Ukraine (it was their proposal, after all), Medvedchuk brought us the list of 67 people from one side in exchange for around 300 people from the other side. It was Ukraine’s list. It was approved.
Хочу, чтобы Вы поняли, что это именно так, я ничего не передёргиваю. Потом вдруг сказали: нет, это нехорошо, мы должны этот список изменить. И опять взяли и всё остановили. Слушайте, давайте это сделаем в конце концов. Потом можно и дальше пойти. Надо действительно хоть в преддверии Нового года и Рождества сделать этот добрый шаг навстречу людям. I want you to understand that this is what actually happened. I am not distorting facts. Then, out of the blue, they said no, this is not right, we need to change the list. They stalled the process again. Look, can we do it already? Then we can move forward. We should really do this act of kindness since it is the holiday season.
Теперь по поводу Саакашвили. Считаю, что то, что делает Саакашвили, это плевок в лицо грузинского народа и плевок в лицо украинского народа. Как вы это терпите до сих пор? Он же человек, который был президентом независимого грузинского государства. А теперь носится по площадям и кричит на весь мир: я украинец! Ну а что, на Украине нет настоящих украинцев? И Украина всё это терпит, понимаете? Так жалко на это смотреть. У меня сердце кровью обливается. Now about Saakashvili. I think that what Saakashvili is doing is a slap in the face to both the Georgian and Ukrainian people. How can you still tolerate this? Here is a man who was the president of the independent Georgian state, and now he is running from square to square yelling for the whole world to hear: I am a Ukrainian! Are there no genuine Ukrainians in Ukraine? And Ukraine puts up with all this. It is such a pity to see. My heart bleeds.
Теперь по поводу того, далеки мы или близки. Я знаю, что Вы, наверное, с этим не согласитесь, но у каждого человека своя позиция. Славянский мир сложно развивался. Сама Россия складывалась сложно, из многих славянских племён – шестнадцать или тридцать два племени. В конце концов образовалась Русь, частью которой и центром которой был Киев. И в этом смысле наши исторические, духовные и прочие корни дают мне право говорить, что в своей основе мы один народ. Повторяю, Вы, конечно, можете со мной не согласиться. Now about us being far removed or close. I know that you will probably not agree with this but each person has his own position. The development of the Slavic world was complicated. Russia’s development was also difficult. It was formed by many Slavic tribes – 16 or 32. Eventually ancient Rus emerged, and Kiev became part of it and the centre of it. In this sense our historical, spiritual and other roots entitle me to say that basically we are one and the same people. But, of course, you may not agree with me.
Ясно также и другое. По мере развития, по мере того, что Украина, будучи близка к западным границам России, развивалась соответствующим образом: там много замечательного своеобразия и в языке, и в культуре – во всём. В России все это очень любят; считают это частью собственной культуры. One more thing is clear. Being close to Russia’s western border, Ukraine developed accordingly and has many wonderful unique features in its language and culture – in everything. They are all cherished in Russia and considered to be part of our own culture.
В XIX веке появились люди, которые начали говорить о том, что Украина должна быть независимой, самостоятельной. Имеют они на это право? Имеют. Особенно, может быть, это было актуально в рамках империи, где, наверно, производилась определённая насильственная русификация, хотя для Украины это меньше всего было важно, потому что всё‑таки Украина – православная страна. Тогда это было важно. Там не было вообще в паспорте, напоминаю, графы «национальность», была только «вероисповедание». Ничем вообще украинец от русского не отличался, вообще ничем. In the 19th century some people started saying that Ukraine ought to be independent and self-sufficient. Did they have the right to say this? Yes, they did, especially considering that they lived in an empire where there was probably some forced Russification. But for Ukraine this was the least important thing because after all it is an Orthodox country. This was important at that time. Let me recall that passports identified religion rather than ethnic origin. There was no difference at all between a Russian and a Ukrainian.
Украина вошла в состав Российской империи в 1645 году тремя областями, если говорить сегодняшним языком: Киев, Чернигов и сегодняшний Житомир – там как‑то по‑другому центр назывался, – три области. В результате нахождения в составе Российской империи вокруг неё прирастала территория за счёт многих событий: русско-турецких войн, потом Второй мировой войны. Ukraine became part of the Russian empire in 1645. Russia incorporated three of its regions. Speaking in today’s language this was around Kiev, Chernigov and today’s Zhitomir – the latter had a different name. As part of the Russian empire, Ukraine received more territory as a result of different events, such as Russian-Turkish wars and later on World War II.
Но в 1922, 1923, 1924 годах большевики почему‑то решили, что все прилегающие к исторической части Украины территории должны быть погружены во вновь создаваемую республику – Украину. Всё Причерноморье ушло туда; после Второй мировой войны ушли туда западные области. Ну так сложилось, ладно. But in 1922, 1923, and 1924 the Bolsheviks decided for some reason that all territories adjacent to Ukraine’s historical part should become a new republic – Ukraine. All Black Sea regions became part of it. After WWII it incorporated Western regions. This is how it all worked out.
Но в 1954 году взяли Крым туда отдали в нарушение действовавшего тогда союзного законодательства, которое требовало согласия Верховного Совета РСФСР; решено было президиумом Верховного Совета. But in 1954 Crimea was transferred there in violation of the Soviet Union law in force at the time, according to which such decision had to be approved by the Supreme Soviet of the Russian Soviet Federative Socialist Republic (RSFSR). The decision was made by the Presidium of the Supreme Soviet.
Дальше не буду ничего рассказывать. Народ Крыма определился так, как он определился. Мы пройдём через это, я уверен. Кто‑то считает, что лучше Украине развиваться в качестве самостоятельного государства. Наверное, так тому и быть. Если люди так считают, так и нужно сделать, так и надо поддержать. Бороться с этим мнением абсолютно бессмысленно и контрпродуктивно. I will not say anything further. The people of Crimea made their own decision, I am sure we will get over this. Some people believe that it is better for Ukraine to develop as an independent state. So be it. If people believe so, this should be done and supported. It is absolutely pointless and counterproductive to try and suppress this opinion.
Но обращаю Ваше внимание на то, что весь мир‑то идёт по другому пути. Люди разных национальностей и вероисповедания, этнически разные объединяются всё ближе и ближе друг с другом. И в Европе это происходит, в Азии это происходит, в Северной Америке это происходит – да везде в мире. But let me emphasise that the entire world is taking a different path. People of different ethnic origin and religion are increasingly drawing closer to each other. This is happening both in Europe and Asia and also in North America – everywhere in the world.
Как я уже однажды сказал: нас сначала растащили, а потом стравили. Мы должны прийти к осознанию того, что выгодно и Украине, и России, а что контрпродуктивно. Давайте вместе над этим будем думать. As I said once, we were divided and then set against each other. We must come to understand what benefits both Ukraine and Russia and what is counterproductive. Let us ponder this together.
Большая пресс-конференция Владимира Путина. Vladimir Putin’s annual news conference.
Д.Песков: И в продолжение – межгосударственная телерадиокомпания «Мир», как раз в плане интеграционных процессов. Пожалуйста. Dmitry Peskov: Next is the interstate TV and radio company Mir, another question about integration processes. Go ahead, please.
И.Линарт: Спасибо большое, Дмитрий Сергеевич, за слово. Ilona Linart: Thank you, Mr Peskov.
Илона Линарт, МТРК «Мир». Ilona Linart, MTRK Mir.
Буквально через несколько дней Евразийскому экономическому союзу исполняется три года, но наша интеграция стартовала в сложное время для России. В 2014 году рухнули цены на нефть, и Запад встал на тропу санкционной войны. Literally in a few days the Eurasian Economic Union will turn three years old, but our integration began in a difficult time for Russia. In 2014, oil prices collapsed, and the West embarked on the path of a sanctions war.
И многие в странах союза считают такой вязкий, если не сказать, вялый старт работы нашей интеграции – это связывают именно с санкциями Запада против России: дескать, поэтому мы и не смогли представить объективные, казалось бы, очевидные преимущества такого объединения рынков капитала, труда и рабочей силы. Many in the Union countries believe such a viscous, even sluggish onset of our integration is somehow linked with the Western sanctions against Russia. Therefore, we could not present the objective benefits of this unification of capital, labour and workforce, which seemed so obvious.
Что Вы думаете по поводу этого мнения? Чего удалось добиться ЕАЭС, что ещё предстоит сделать? И если США введут новые санкции против России, то как это отразится на работе Евразийского экономического союза? What do you think about this opinion? What has the EAEU achieved, and what remains to be done? And if the US imposes new sanctions against Russia, how will this affect the work of the Eurasian Economic Union?
Спасибо большое. Thank you.
В.Путин: Что касается Евразийского экономического союза, то это наше общее большое достижение. Критики всегда много по любому поводу, в том числе и по поводу развития Евразийского экономического союза, но цифры говорят о том, что решения были правильными и мы двигаемся в нужном нам всем направлении. Vladimir Putin: Regarding the Eurasian Economic Union, this is our common great achievement. All initiatives receive criticism, including the Eurasian Economic Union’s development, but the figures indicate that the decisions were correct and we are moving in the direction we need.
Чем это подтверждается? Это подтверждается тем, что растёт внутренний товарооборот, внутренний экспорт. Он просто растёт, это очевидно на фактах, это видно на цифрах. Он у нас подрос, по‑моему, на 26,9 процента, если мне память не изменяет, примерно такая цифра. Причём даже и с теми странами, которые совсем недавно присоединились, у них тоже есть совокупный положительный результат. How is this confirmed? This is confirmed by the fact that internal commodity turnover is growing, and so are exports. It just grows; it is obvious from facts, from figures. It has grown, I believe, by 26.9 percent, if I remember correctly. And even with those countries that have recently joined us, there is also a cumulative positive result.
Я сказал, что у нас ВВП в России вырос на 1,6 процента, а совокупный ВВП стран Евразийского союза – на 1,8. Это хороший показатель. У нас меняется в лучшую сторону структура взаимного товарооборота. I said that Russia’s GDP grew by 1.6 percent, and the aggregate GDP of the Eurasian Union, by 1.8. This is a good sign. We are changing the structure of mutual trade for the better.
Например, в Белоруссии одна треть экспортных поставок, экспорта на территорию стран Евразийского экономического союза – это машины и оборудование. Больше одной трети. Примерно одна треть – это сельхозпродукты. For example, in Belarus, machinery and equipment account for one-third of exports to countries of the Eurasian Economic Union. More than one-third. Agricultural produce also makes up one-third of total exports.
Скажем, Беларусь получила право от нас беспошлинно получать 24 миллиона тонн нефти, экспортировать их за границу, а полученный доход зачислять в свой бюджет. Речь идёт о миллиардах долларов. В общем и целом у нас есть основания говорить, что мы двигаемся, ещё раз повторяю, в правильном направлении. Suppose we give Belarus the right to acquire 24 million tonnes of oil duty-free, export it, and add the revenues to their coffers. We are talking about billions of dollars. Indeed, I repeat, we have reason to say that we are moving in the right direction.
Есть и пока не решённые вопросы. Какие они? Это многочисленные изъятия из принятых общих решений, связанных прежде всего с энергоносителями, с электроэнергией. У нас есть план действий, расписанный по годам, когда, в какое время мы должны перейти к полной либерализации в этих секторах. И мы будем двигаться. Yet, there are unresolved issues. What issues? These are numerous exemptions from the adopted general resolutions, primarily on energy carriers, and electricity. We have a plan of action, outlined by year, which says when we should move to full liberalisation in these sectors. And we will move along.
Большая пресс-конференция Владимира Путина.
Есть вопрос по таможенному регулированию, это тоже острая тема. Что мы должны сделать будем обязательно? Мы должны будем обязательно ввести – мы об этом договаривались со всеми коллегами, идёт пока достаточно медленно и не без перебоев, но мы договаривались, надеюсь, мы это и сделаем, – это электронное декларирование перемещаемых через наши территории товаров, отслеживание их движения. Чрезвычайно важная и очень нужная вещь. There is an issue with customs regulation, which is another sensitive subject. What do we absolutely need to do? We will have to introduce electronic declaration of the goods moving through our countries and tracking of their movement – we have agreed on this with all our colleagues, although we are moving rather slowly and haltingly, but we have agreed, and I hope we will do it. An extremely important and very necessary thing.
Совместные посты. Некоторые мои коллеги считают, что это неправильно. Постараюсь их всё‑таки убедить. Что плохого в том, если на нашей таможне будут появляться таможенники из Белоруссии или из Казахстана и будут работать какое‑то время с коллегами, а наши будут появляться на их таможенных постах? Это не нарушает принципа суверенитета, это просто делает работу таможни более прозрачной. Но и нужно вводить, конечно, новые технологии перемещения товаров через границу. Joint checkpoints. Some of my colleagues think that this is wrong. I will try to persuade them all the same. What is wrong with customs officers from Belarus or Kazakhstan appearing at our customs posts and working for some time with their Russian colleagues, or our officers joining them at their customs posts? This does not violate their sovereignty, but simply makes customs work more transparent. But we still need to introduce new technologies for transiting goods across the border.
Д.Песков: Вот я видел «Рязань. ЖКХ» – чтобы спуститься на землю. Dmitry Peskov: I saw ”Ryazan: Housing and Utilities“ – just to bring things back down to earth.
А.Кочетков: Большое спасибо за слово. Alexei Kochetkov: Thank you for giving me the floor.
Алексей Кочетков, канал «ТКР», город Рязань. Alexei Kochetkov, TKR television channel, Ryazan.
Владимир Владимирович, добрый день! Mr President, good afternoon,
Начать хотел бы буквально с коротенькой просьбы, буквально два предложения. Дело в том, что в нашей области сейчас активно набирает обороты программа благоустройства населённых пунктов. Причём люди сами выбирают, где и что должно в рамках этих программ появиться, я говорю о программе муниципальных инициатив, о комфортной городской среде. Несмотря на то что предпосылок к этому нет, огромная просьба не прекращать финансирование таких программ, они очень нужны людям. I would like to begin with a small request, just a couple of words. Currently, a programme for improving cities and towns is really gaining momentum in our region. People themselves are picking what should be done under these programmes, I am speaking of the municipal initiatives programme and a comfortable urban environment. Despite the lack of prerequisites for it, I would very much like to ask to continue financing such programmes as people need them very much.
И мой вопрос достаточно простой как раз по поводу ЖКХ. Люди часто в последнее время, в последние годы жалуются на рост тарифов, отсутствие роста качества предоставляемых им услуг, тем не менее вопрос: что сегодня нужно сделать в этой сфере, чтобы завтра таких жалоб уже не было? And my question is rather simple regarding housing and utilities. Recently, in the past few years, people have often complained about utility rates going up, the lack of quality in the services they are provided. The question is: what should be done in this sector today to eliminate such complaints tomorrow?
Большое спасибо. Thank you very much.
В.Путин: Хорошо, спасибо. Vladimir Putin: Thank you.
Вот вижу тоже плакат «ЖКХ». Пожалуйста, дайте микрофон. I can see another banner ”Housing and Utilities.“ Give him a microphone, please.
Большая пресс-конференция Владимира Путина. Vladimir Putin’s annual news conference.
В.Сахарчук: Владислав Сахарчук, корреспондент сайта «Калуга 24». Vladislav Sakharchuk: My name is Vladislav Sakharchuk, I am a correspondent with the website Kaluga 24.
Владимир Владимирович, несмотря на объективный позитив, который есть в сфере жилищно-коммунального хозяйства, есть огромная «чёрная дыра» – это недобросовестные управляющие компании, которые собирают деньги с населения, но не расплачиваются перед ресурсоснабжающими организациями. Потом банкротятся и исчезают. Mr President, despite the objective positive things in the housing and utilities sector, there is a massive ”black hole“ – unscrupulous managing companies that collect money from residents but do not pay to the utility providers. Instead, they go bankrupt and disappear.
Даже у нас в Калужской области стараются за этим следить, тем не менее ситуация приобретает совсем нехороший характер. На местном и даже на региональном уровне мы объективно не справляемся, нужны меры какого‑то федерального реагирования. Even here, in the Kaluga Region, efforts are being made to get things under control, but the situation is becoming quite negative. We are objectively failing to cope with it at the local or even regional level; there needs to be some kind of federal response.
Огромное спасибо, я знаю, будет принято решение о переходе на прямые расчёты между населением и ресурсоснабжающими организациями. Но это только первый шаг, потому что это очень сильно криминализованная сфера. И здесь нужно наводить порядок. Thank you very much, I know a decision will be made to switch to direct payments between customers and utility providers. But this is only the first step in this very corrupt sphere. It should be put into order.
Спасибо большое. Thank you very much.
В.Путин: Здесь по ЖКХ тоже кто‑то говорил. По ЖКХ Вы говорили? Пожалуйста. Vladimir Putin: There was someone talking about the housing and utilities sector as well. Was it you? Go ahead.
В.Смирнов: Виктор Смирнов, корреспондент издания 47news.ru. Новости Ленинградской области. Viktor Smirnov: I am Viktor Smirnov, a correspondent with the website 47news.ru, Leningrad Region.
В ноябре и декабре офицеры и контрактники, живущие в военных городках по всей стране, получили запредельные квитанции на оплату услуг ЖКХ. В Ленобласти, только вдумайтесь, за один месяц плата доходила до пятидесяти тысяч с одной семьи. In November and December, officers and contract soldiers living in garrison towns all across the country received utility bills that were beyond high. Just imagine: in the Leningrad Region, a monthly bill amounted to 50,000 rubles per family.
Всё это было связано с очередной сменой компании, управляющей жилфондом Минобороны. При этом военные городки находятся в запустении, зарастают мусором, в них постоянно перебои со снабжением. Вам этого просто не показывают. У нас всё есть: и фотографии, и квитанции. This all was connected with another change of the company managing the Ministry of Defence’s housing stock. That said, the military towns are in a state of neglect. They are becoming filled with garbage and experience constant supply interruptions. They just do not show this to you. But we have everything – photos and bills.
Вопрос: можно ли очередное «кровопускание» армии как‑то остановить? Это очередная компания Минобороны, которая уходит, оставляя людей с пятидесятитысячными квитанциями. So, here’s my question: Is it possible to do anything to stop this ‘bloodletting’ of the army? This is another company of the Ministry of Defence which is leaving people with 50,000 ruble bills on their hands.
В.Путин: Ваша озабоченность по поводу военных городков понятна. И я её разделяю, кстати говоря. На это нужно будет обратить особое внимание, потому что она является, пожалуй, наиболее острой в целом по системе ЖКХ. Vladimir Putin: Your concern about military towns is understandable. And I share it, by the way. This deserves special attention, because it is arguably the most acute issue in the entire housing and utilities system.
Если армия уходит, то это не значит, что люди должны быть там брошены. И формальной передачи муниципалитетам недостаточно. Нужно добиваться того, чтобы, если передача осуществляется, она осуществлялась реально. If the army leaves a place, it does not mean that the people should be left behind. A formal transfer to municipalities is not enough. It is necessary to ensure that such transfers actually go through.
Тем не менее то, о чём Вы сказали, это часть общей проблемы ЖКХ. Что можно об этом сказать? Коллега с этой стороны сказал о том, что, несмотря на некоторые положительные тенденции в сфере ЖКХ, всё‑таки проблем много. И второй выступавший или третий сказал тоже об этих проблемах. В чём они заключаются в целом? Nevertheless, what you just said is part of the overall housing and utilities problem. What can we say about this? Our colleague on this side said that, despite some positive trends in the housing and utilities sector, there are still a lot of problems. And the second or the third speaker also spoke about these problems. What are they about, in general?
Во‑первых, моё отношение к этому делу. Я не считаю, что ситуация развивается позитивно, к сожалению. Проблем больше, чем их решений. Да, решения были приняты в последние годы, да, кое‑что поменялось. Недостаточно абсолютно. Думаю, что и региональные власти, и федеральные органы власти, которые за это отвечают, – прежде всего соответствующее Министерство строительства, и там есть целое подразделение, которое должно заниматься ЖКХ, – явно недорабатывают. Совершенно очевидно. First, what I think about this matter. I do not think that the situation is developing positively, unfortunately. There are more problems than solutions. Indeed, decisions were made in recent years and, yes, certain things have changed. But it is absolutely not enough. I think that both the regional and the federal authorities in charge of this, primarily, the Ministry of Construction, which has an entire unit that must deal with housing and utilities, are clearly not doing enough. This is absolutely clear.
Большая пресс-конференция Владимира Путина. / Vladimir Putin’s annual news conference.
В чём суть проблемы? Проблема заключается в том, что эти так называемые управляющие компании собирают деньги и за коммунальные платежи и деньги по жилищным тарифам. В чём разница? What is the gist of the issue? The problem is that these so-called management companies collect money paid for utilities and the housing tariff payments. What is the difference?
Коммунальные платежи – это платежи в адрес снабжающих организаций за газ, электричество, воду и прочее, может быть, за канализование. А жилищный тариф, жилищные платежи – это за всё, что происходит внутри дома. Utility payments are payments to suppliers for gas, electricity, water and so on, maybe for sewerage as well. The housing tariffs, or housing payments, cover everything that happens inside a house.
Так вот управляющие компании сначала деньги собирают за всё, а потом расплачиваются, в том числе и с ресурсными организациями. И далеко не всегда они расплачиваются своевременно и в полном объёме. И за этим мало кто смотрит. So, the management companies first collect money for everything, and then make payments, including those to resource organisations. They do not always pay on time and in full. These activities mostly go unsupervised.
Что нужно в этой связи сделать? Нужно отрезать эти управляющие компании от денежного потока. И такой законопроект уже есть, он, по‑моему, в первом чтении прошёл, во всяком случае, там изучается. Нужно сделать это в самое ближайшее время. What do we need to do in this regard? It is necessary to cut off these management companies from the cash flow. Such a draft law is already in place and, I believe, it passed the first reading. In any case, it is being studied there. This must be done in soon.
Другое решение, которое принято. Начисляют платежи, часто необоснованные, клиенты оспаривают. Теперь управляющие компании в связи с готовящимися решениями должны будут не просто сделать перерасчёт, а заплатить ещё плюс 50 процентов за неправильно выставленный счёт в качестве штрафа, можно сказать. И эти решения должны быть обязательно доведены до конца. There is another decision that was adopted. They are charging fees, often unsubstantiated, which the customers dispute. Now, the management companies, in connection with the upcoming decisions, will not only have to recalculate the amounts due, but to pay an additional 50 percent for the incorrectly issued bill as a fine, so to say. These decisions must be seen to completion by all means.
Теперь по поводу тарифного регулирования. Я сказал, что есть два вида платежей: коммунальные и жилищные. With regard to tariff regulation, I said that there are two types of payments: utilities and housing.
Что касается коммунальных платежей, здесь есть федеральное регулирование. Последние пару лет предельный рост тарифа обозначен в качестве 4 процентов. Во-первых, он не выдерживается, и в среднем даже рост по коммунальным этим платежам не 4 процента составляет, а, по последним данным, я вчера смотрел, 8,8. Это вообще никуда не годится. У нас же есть ограничение – 4. Откуда 8,8 взялось? Utility payments are governed by federal regulations. The maximum tariff increase was set at 4 percent over the past couple of years. First, it is not complied with, and the utilities bills have grown on average not by 4 percent, but, according to the most recent data, as I checked yesterday, by 8.8 percent. This is unacceptable. There is a cap of 4 percent. Where does 8.8 come from?
Но ещё хуже вторая составляющая – это так называемые жилищные платежи, это то, за что непосредственно управляющие компании отвечают и регионы. Там вообще нет никакого регулирования, нет верхнего потолка. Поэтому за эту часть платежи зашкаливают, в среднем сейчас получилось, на данный момент времени, 23 с лишним процента, а местами и месяцами – свыше 30. Вообще никуда не годится. Что нужно сделать? Нужно вводить ограничения, безусловно, так же как по коммунальным платежам, вводить регулирование и по жилищным платежам, и сделать это нужно незамедлительно. The second component, the so-called housing payments, is even worse. This is something the management companies and the regions are directly responsible for. It is not regulated whatsoever, and there is no cap. So, payments here are off the charts. On average, at this point in time, extra payments amount to 23-odd percent, and occasionally even over 30. It is not good at all. What needs to be done? It is necessary to impose restrictions, of course. Similar to utility payments, it is imperative to introduce regulations on housing payments, and this must be done immediately.
Ну а самое главное, конечно, нужно обеспечить в развитии самой системы коммунального хозяйства своевременное строительство новых объектов и капитальный ремонт имеющихся. Of course, most importantly, it is necessary to ensure timely construction of new facilities and the overhaul of existing ones in order to enhance the utilities system itself.
Д.Песков: Давайте, продолжаем. Знаете, я вижу, вот здесь китайские товарищи. По-моему, написано: «Россия и Китай: главное». Давайте. Dmitry Peskov: Let us continue. I can see Chinese colleagues here. I believe it says “Russia and China: Main things.” Please.
Большая пресс-конференция Владимира Путина. / Vladimir Putin’s annual news conference.asdf
Сюй Цзинцзюнь: Здравствуйте, Владимир Владимирович! Сюй Цзинцзюнь, корреспондент Международного радио Китая и Мобильного приложения «Китай – Россия: главное». У меня вопрос. В марте 2018 года в России состоятся президентские выборы. Как Вы думаете, насколько их исход повлияет на российско-китайские отношения, или всё-таки наше стратегическое партнёрство выше сиюминутной политической конъюнктуры в наших странах? Большое спасибо. Sun Juan: Good afternoon, Mr President. Sun Juan, China Radio International (CRI) and the mobile application “China – Russia: Main things.” I have a question. Next March, the presidential election will take place in Russia. How do you think the result of the election will impact Russia-China relations? Or does our strategic partnership stand above short-term political circumstances in our countries? Thank you very much.
В.Путин: Спасибо Вам за вопрос. И «Синьхуа», пожалуйста, сразу. Vladimir Putin: Thank you for the question. And Xinhua now, please.
Луань Хай: Спасибо Вам. Уважаемый господин Президент! Я корреспондент информационного агентства «Синьхуа», меня зовут Луань Хай. Как нам известно, Россия и Китай заявили о сопряжении стратегии пояса и пути и Евроазиатского экономического союза. Могли бы Вы прокомментировать достигнутые итоги этой работы за прошедший год? Как бы Вы оценили результаты и перспективы развития российско-китайских отношений? Luan Hai: Thank you, Mr President! My name is Luan Hai, Xinhua News. As we know, Russia and China have announced that they are linking the belt strategy with the Eurasian Economic Union. How do you see the results and prospects of Russian-Chinese relations?
И второй вопрос. Компартия Китая выдвинула задачу построения новых международных отношений и сообщества единой судьбы на основе принципов равенства и взаимной выгоды. Как Вы оцениваете, готова ли Россия совместно с Китаем сотрудничать в достижении этой цели? Спасибо Вам. And the second question. The Chinese Communist Party set the task of building new international relations and communities of common destiny based on the principles of equality and mutual benefit. Do you think that Russia is ready to work towards this goal together with China? Thank you.
В.Путин: Прежде всего, что касается решений, принятых последним съездом Компартии Китая, я их оцениваю очень высоко и позитивно. Там изложена позитивная повестка дня развития самого Китая и строительства международных отношений. И это полностью совпадает либо очень близко с тем, что предлагаем мы и для развития России, и для международных отношений, и места России в мире. Когда говорю о первой составляющей, то имею в виду прежде всего экономику. Экономика Китая развивается, развивается очень высокими темпами благодаря политике, которая проводится в предыдущее десятилетие и Председателем Си Цзиньпином, и его предшественниками. И то, что зафиксировано в уставе КПК, нововведения в устав КПК говорят о том, что Китай стремится к тому, чтобы: а) быть стабильным; и б) обеспечить развитие. И на основе этого развития улучшить жизнь своего народа. Vladimir Putin: First of all, concerning the decisions adopted at the last congress of the Chinese Communist Party, I rate them highly and see them positively. It had a positive agenda for developing China and building international relations. It is identical or similar to what we propose for developing Russia and international relations, as well as Russia’s place in the world. When I speak about the first element, I mean the economy above all. The Chinese economy is developing, and very rapidly, thanks to the policies of Xi Jinping and his predecessors. And the Party’s Charter, as well as amendments to it, show that China wants: a) stability and b) development. And by developing, make the life of its people better.
Для нас это чрезвычайно важно, потому что Китай – наш крупнейший торгово-экономический партнёр и стратегический партнёр в самом широком смысле этого слова. Ведь у нас самый большой товарооборот в страновом измерении с Китаем, более 63 миллиардов. Он у нас немножко «присел» в результате кризисных явлений в мировой экономике, но мы очень быстрыми темпами наращиваем, возвращаем прежний уровень и, уверен, его в самое ближайшее время превзойдём. It is vital for us, because China is our largest trade, economic and strategic partner in the broadest sense of the word. It is China with whom we trade most: over 63 billion. The trade has decreased a bit as a result of crises in the global economy, but we are quickly expanding, going back to the former level and, I am sure, will surpass it very soon.
Теперь по поводу идеи Шёлкового пути. Я уже много раз говорил по поводу того, что она абсолютно совместима, сопрягаема с развитием Евразийского экономического союза и предложенного нами широкого партнёрства в Азии. Уже сейчас (Вы спросили о результатах) можно говорить о том, что мы сделали. Now, as far as the idea of the Silk Road is concerned, I have repeatedly said that it is absolutely compatible with and matches the development of the Eurasian Economic Union and the broad partnership in Asia that we have proposed. Already now (you asked about the results) it is possible to speak about what we have done.

“Китай – наш крупнейший торгово-экономический и стратегический партнёр в самом широком смысле этого слова. У нас с Китаем самый большой товарооборот в страновом измерении.”

Но я здесь уже отвечал на вопрос Вашей коллеги, слева от меня находящейся, по поводу развития Арктики. Китай, например, проявляет большой интерес к Северному морскому пути. И это естественно, потому что если мы обеспечим круглогодичное использование Северного морского пути, а мы в конечном итоге, надеюсь, достаточно быстро добьёмся этого, то движение товаров из Азии в Европу и назад будет экономически гораздо более целесообразным, чем по другим имеющимся на сегодня маршрутам, это первое. И мы будем всячески способствовать тому, чтобы Китай воспользовался этими преимуществами. В этом и Россия заинтересована, и Китай заинтересован. But I have already answered a question here asked by your colleague, who is on my left, on the development of the Arctic. China, for example, is showing great interest in the Northern Sea Route. This is natural, because if we ensure year-round use of the Northern Sea Route, something that we will, I hope, eventually manage to achieve fairly quickly, then shipping goods from Asia to Europe and back will begin to make better economic sense than the other currently existing routes. That is the first thing. And we will encourage China in every possible way to benefit from these advantages. Both Russia and China are interested in this.
Китай вошёл в наши крупнейшие проекты, в том числе и в Арктике. Скажем, недавно мы запустили первую очень завода «Ямал СПГ». Первая очередь рассчитана на 5,5 миллиона тонн сжиженного газа. В самое ближайшее время, это 2018 год, будет запущено ещё две очереди. В общей сложности это будет 16,5 миллиона тонн. Китай – один из главных инвесторов в этот проект. И я думаю, не случайно, потому что в этом заключается интерес, экономический интерес Китая. Мы всячески будем этому содействовать и по другим проектам. China has joined our biggest projects, including in the Arctic. For example, we have recently launched phase one of the Yamal LNG plant. The design capacity of phase one is 5.5 million tonnes of liquefied gas. Quite soon, in 2018, two more phases will be put into operation. Their overall capacity will reach 16.5 million tonnes. China is one of the key investors in this project. And there is a good reason, I believe, as this meets China’s interests, its economic interests. We will do our best to encourage this for other projects as well.
Я говорил, и мы хорошо знаем по трубопроводному газу, осуществляем эти проекты и будем дальше осуществлять. У нас есть замечательный проект по поводу скоростного движения. Вот это и есть Шёлковый путь на самом деле. Мы с удовольствием поддержим высокоскоростное движение или скоростное движение от Китая в Западную Европу через Россию, мы в разы увеличим скорость движения грузов по железной дороге. И грузов, и пассажиров. У нас крупные проекты в высокотехнологичных отраслях, в космосе, в авиации и так далее. В общем и целом мы уверены, что мы двигаемся в абсолютно правильном направлении, мы полны решимости и дальше идти по этому пути. I said, and we all know well, that with regard to pipeline gas, we are carrying out and will continue to carry out these projects. We have a wonderful high-speed rail project. That is what the Silk Road is actually about. We will gladly support high-speed traffic from China to Western Europe through Russia. We will thus increase the speed of railway freight carriage many times over. Both freight and passenger carriage. We have large-scale projects in high-tech sectors, space, aviation and so on. By and large, we are confident that we are moving absolutely in the right direction and we are determined to keep moving forward along this path.
Что касается выборов в России, то у меня есть полная уверенность в том, что развитие отношений с Китаем имеет в России общенациональный консенсус. И вне зависимости ни от каких исходов выборной кампании Россия и Китай будут оставаться именно стратегическими партнёрами на длительную историческую перспективу. As for the elections in Russia, I am completely sure that there is a nationwide consensus in Russia concerning the development of relations with China. Whatever the outcome of the elections, Russia and China will remain strategic partners for the long-term historical perspective.
Д.Песков: Двигаемся вот сюда. НТВ, Кондратьев, тоже один из мэтров нашей журналистики. Dmitry Peskov: Let us move over here. Vladimir Kondratyev, also a master journalist.
В.Кондратьев: Спасибо. Vladimir Kondratyev: Thank you.
Владимир Владимирович, в обществе очень велико внимание к Вашему следующему президентскому сроку в случае победы на выборах. Все ждут, чем этот срок будет отличаться от предыдущих и с какими людьми, с какой командой Вы будете управлять государством эти шесть лет следующих. Mr President, our society is highly interested in your next presidential term if you win the election. Everyone wants to know in what respects this term will differ from the previous ones and with what team you will run the country in the next six years.
В этой связи я хотел спросить, каким Вы видите новое Правительство? Доживёт ли нынешнее Правительство до выборов? На какую стратегию социально-экономического развития страны, которая сейчас, как мы знаем, уже долгое время разрабатывается разными коллективам экспертов, Вы будете опираться? Спасибо. In this context, I would like to ask you what you think about the new government. Will the current Government survive until the election? And what socioeconomic strategy that now, as we know, is elaborated by different expert teams, will you rely on? Thank you.
В.Путин: Что касается действующего Правительства. Я в целом считаю, что оно работает удовлетворительно, несмотря на известные проблемы. Vladimir Putin: As for the current Government, I generally believe it is doing satisfactory work despite certain problems.
Вот сейчас про ЖКХ я говорил – одна из проблем, которая подлежит решению. Много проблем, которые ещё требуют особого внимания. Но в целом Правительство действует достаточно уверенно, и результаты его работы удовлетворительные. Об этом говорит, кстати сказать, возвращение к устойчивому росту экономики, к решению ряда других вопросов, к устойчивому макроэкономическому развитию, что, безусловно, является базой для развития экономики в будущем. I have just spoken about housing and utilities. This is one of the problems to be resolved. There are still many problems that require special attention. But on the whole, the Government is fairly confident and its performance is satisfactory. Incidentally, this is demonstrated by the return to steady economic growth, the resolution of certain problems and sustainable macroeconomic development, which certainly form the foundation for future economic advancement.
Если бы этого не было, не было бы и прямых иностранных инвестиций, потому что это всё – результат растущего доверия к той политике, которую проводит Правительство Российской Федерации. Had this not been the case, there would be no direct foreign investment because all this is a result of the growing confidence in the policy conducted by the Government of the Russian Federation.
Что же касается будущей конфигурации, Вы не сердитесь на меня, но говорить об этом преждевременно, и об этом, наверное, вообще после выборов нужно будет говорить. Хотя, разумеется, какие-то предварительные идеи у меня есть. Спасибо. As for the future configuration, do not be cross with me but it is too early to speak about it. It should probably be discussed after the election, although naturally I do have some tentative ideas. Thank you.
Сосед Украины – Польша, пожалуйста. Ukraine’s neighbour – Poland. Go ahead please.
А.Зауха: Анджей Зауха, телекомпания TVN из Польши. Andrzej Zaucha: Andrzej Zaucha, TVN TV company from Poland.
Я Вас в прошлом году спрашивал про останки президентского самолёта. Я так понимаю, что ничего не поменялось. Но хочу уточнить, когда мы можем ожидать возвращения этих останков в Польшу? Last year I asked you about the remnants of the presidential aircraft. I understand nothing has changed. But I would like you to clarify when we can expect the return of these remnants to Poland.
И второй вопрос связан близко с этим. В Польше обещают в скором времени обнародовать новый доклад по поводу этой катастрофы. Работает комиссия в составе министерства обороны. В новом правительстве это рассматривают. My second question is closely linked with this. They promise us in Poland to publish a new report about this disaster in the near future. The Defence Ministry’s commission is working on it. The new government is considering this.
Появляются сообщения о том, что на борту самолёта были и взрывы, а министр обороны сообщает, что у него есть доказательства. Его комиссия работает. И конечно, намёки на то, что, может, не Вы лично, а Ваши люди спровоцировали эту катастрофу или её провели? There are reports that there were explosions on board the aircraft, and the defence minister says he has evidence. His commission is working. And, of course, there are hints that not you personally but your people provoked or staged this disaster.
В.Путин: Слушайте, мы устали от подобного блефа, просто устали. Чушь какая-то вообще, несут несуразицу. Напомню Вам, что я был в то время Председателем Правительства Российской Федерации. Я вообще к международной деятельности и деятельности каких-то правоохранительных и специальных служб имел опосредованное отношение. Не забывайте об этом. Первое. Vladimir Putin: Listen, we are tired of this bluffing, just sick and tired. They have been giving us this nonsense, just blowing hot air. Let me remind you that at that time I was Prime Minister and as such, had very little to do with foreign political activities or any law enforcement and special services. Do not forget about this. That is my first point.
Второе. Если на борту были взрывы, самолёт откуда взлетел? Из Москвы или Варшавы? Значит, там их и положили. Мы, что ли, туда пробрались, какие-то российские агенты положили туда взрывчатку? Ищите у себя тогда. Second, if there were explosions on board, where did the plane take off? Moscow or Warsaw? So, that is where the bombs were planted. Are they saying that Russian agents infiltrated the place to put explosives in there? They had better look in their own place.
Наконец, третье. Не было там никаких взрывов. Это же изучено экспертами и с польской стороны, и с российской. Изучено самым внимательным образом всё происходящее внутри салона самолёта, когда в кабину вошёл некто, пилот ему говорит: «Садиться нельзя». А тот ему отвечает: «Нет, я не пойду ему даже об этом докладывать». Ему – кому? Президенту, видимо. «Садись». Вот и сели. Беда, катастрофа, мы переживали вместе с вами. Нет, нужно накручивать неизвестно на чём, на голом месте. Вот и с останками этого самолёта то же самое. Finally, there were no explosions there. Both Polish and Russian experts have investigated the case thoroughly. They have studied in the most careful way all that was happening inside the cockpit: someone entered, and the pilot told them, “We cannot land.” And that person replied, “No, I am not even reporting this to him.” To whom? To the President, apparently. He ordered the plane to land. So they landed. An awful tragedy, and we grieved together with them. And now they have to wind everyone up, inventing things out of a clear blue sky. The same story was with the remains of that airplane.
Не нужно ничего придумывать. Если есть проблема и трагедия, надо относиться к этому как к трагедии и не строить каких-то политических домыслов. Зачем? Вы хотите просто дополнительно осложнить российско-польские отношения? Ради чего? Ради того, чтобы поднять внутри какие-то рейтинги для кого-то? They do not have to invent anything. If there is a problem and a tragedy, one must treat this as a tragedy and not search for any far-fetched political motives. What for? Do you want to further complicate Russian-Polish relations? Why? To raise someone’s domestic popularity?
Мне кажется, что российско-польские отношения уж поважнее, чем просто текущая внутриполитическая борьба в Польше между различными силами, которые используют в этой борьбе какой-нибудь антироссийский фактор. Переверните, в конце концов, вы эту страницу, повзрослейте вы, в конце концов. Станьте зрелыми, отвечающими требованиям сегодняшнего дни и интересам польской нации и польского народа. It seems to me that Russian-Polish relations are more important than the current internal political struggle in Poland between various forces that are quick to use any anti-Russian factor in this struggle. Turn this page, finally, and grow up. Become mature, meet the requirements of today and the interests of the Polish nation and the Polish people.
Большая пресс-конференция Владимира Путина. / Vladimir Putin’s annual news conference.
Вот цепляние за эти проблемы, дальнейший развал российско-польских отношений не идёт на пользу Польше. Посчитайте, сколько потерь возникло из-за различных санкций, к которым Польша присоединилась, и сколько рабочих мест потеряно там, сколько производств могло бы возникнуть, ориентированных на российский рынок. Нам от Польши ничего не надо. Мы хотим развивать отношения с Польшей. Надеюсь, что этот подход возобладает и в самой Польше. Clinging to these problems and further degradation of Russian-Polish relations does not benefit Poland at all. Count your losses from the various sanctions that Poland has joined, the jobs lost, and the businesses that could have developed targeting the Russian market. We do not need anything from Poland. We want to develop relations with Poland. I hope this approach will prevail in Poland as well.
Д.Песков: Владимир Владимирович, мы не давали «Интерфаксу» ещё слово. Ксения, пожалуйста. Dmitry Peskov: Mr President, we have not yet given the floor to Interfax. Kseniya, please.
К.Голованова: Здравствуйте, Владимир Владимирович. Ксения Голованова, «Интерфакс». Хотела расспросить Вас про Сирию. Дмитрий Сергеевич, постараюсь коротко. Kseniya Golovanova: Good afternoon, Mr President. Kseniya Golovanova, Interfax. I would like to ask you about Syria. Mr Peskov, I will try to speak short.
С учётом неимоверного количества контактов, которые Вы провели в последнее время по сирийскому урегулированию, как Вы считаете, каковы сейчас основные препятствия или подводные камни, которые мешают процессу нормализации в этой стране? Кто должен взять на себя бремя восстановления инфраструктуры? Должен или может взять? Taking into account the enormous number of contacts you have held lately on the Syrian settlement, what, in your opinion, are the main obstacles or hidden agendas preventing normalisation in the country? Who should assume responsibility for restoring the infrastructure? Should or can?
То, что касается наших баз, с учётом того, что Вы сказали, что ИГИЛ разгромлен в Сирии, какую Вы видите роль этих баз? И нет ли у Вас опасения, что наши западные партнёры могут истолковать их присутствие исключительно как инструмент поддержки Асада. About our bases and what you have said about the defeat of ISIS in Syria, how do you see the role of these bases? Are you not worried that Western partners may see their presence as a tool to support Bashar al-Assad?
И последний момент – о Вашей поездке в Сирию. Это выглядело очень круто. Расскажите, пожалуйста, когда Вы решили, была ли какая-то роль наших ВКС в обеспечении этой поездки? Может быть, сирийских военных? И когда завершится вывод нашего контингента из Сирии? Спасибо. And the last question: about your trip to Syria. It looked really cool. Please, tell us, when you decided to do it, did our Aerospace Forces play any role in making this trip happen? Or Syrian soldiers, maybe? And when will the withdrawal of our troops from Syria be completed? Thank you.
Д.Песков: Если можно, там показывают сирийский флаг и пишут «Наша победа». Dmitry Peskov: If I may add, over there they have a Syrian flag with “Our Victory” written on it.
М.Магомедов: Спасибо. Магомед Магомедов, республиканское информационное агентство «Дагестан». Magomed Magomedov: Thank you. Magomed Magomedov, Daghestan Republican Information Agency.
В 1999 году Вы были в Дагестане, где мы победили вторжение международных террористов в республику. Сегодня практически то же самое произошло в Сирии. Но терроризм, думаю, не разгромлен. Сегодня в мире Ваша персона выглядит как лидер, руководитель государства, противостоящий терроризму. In 1999, you were in Daghestan, where we defeated international terrorists that invaded the republic. Today almost the same thing happened in Syria. But I think that terrorism has not been defeated yet. Today the world sees you as a leader, a head of state who fights terrorism.
К сожалению, тот опыт, который демонстрируют американцы, ни к чему не приводит. Какие перспективы найти и уничтожить кукловодов этих террористических компаний? В данном случае это был ИГИЛ, завтра не появится ли новая организация и так далее? Спасибо. Unfortunately, the experience the Americans demonstrate doesn’t lead to anything. What are the chances of finding and taking out the people pulling the strings of these terrorist groups? This time it was ISIS, will there not be a new group tomorrow and so on? Thank you.
А.Хасавов: Владимир Владимирович, конечно, хорошо быть Андреем Колесниковым или Сергеем Брилёвым, привлечь внимание гораздо проще, но коротко тоже про Сирию. Я здесь представляю «Учительскую газету», но сам занимаюсь образованием и международной журналистикой, в частности, сам был и на авиабазе Хмеймим в феврале этого года… Arslan Khasavov: Mr President, of course, it is good to be Andrei Kolesnikov or Sergei Brilyov, because it would be easier to attract attention, but also about Syria, shortly. I represent Uchitelskaya Gazeta, but I work in education and international journalism, in particular, I also visited Khmeimim Air Base this February…
В.Путин: Вы назвали фамилию Колесникова. Ему нетрудно быть Колесниковым, потому что о нём всё время говорят. Назовите свою фамилию. Vladimir Putin: You mentioned Kolesnikov. It is not difficult to be Kolesnikov, because everybody talks about him all the time. Say your name.
А.Хасавов: Арслан Хасавов, «Учительская газета». Arslan Khasavov: Arslan Khasavov, Uchitelskaya Gazeta.
Большая пресс-конференция Владимира Путина. / Vladimir Putin’s annual news conference.
Да, был первым россиянином, который пешком пришёл на авиабазу Хмеймим, как мне сказали сотрудники… Yes, I was the first Russian who came to Khmeimim Air Base on foot, as the staff told me…

 

В.Путин: Откуда? Vladimir Putin: Where from?
А.Хасавов: Меня сняли с маршрутки, я пытался въехать к россиянам, путешествуя из Латакии в Тартус, в Хомс и в Дамаск, такой круг, написал серию репортажей. Arslan Khasavov: I was made to get off a bus when trying to reach the Russians on my journey from Latakia to Tartus, to Homs and Damascus – such a detour. I wrote a series of articles about it.
В.Путин: Опасно. Вы откуда сами, из Дагестана? Vladimir Putin: That was dangerous. Where are you from, Daghestan?
А.Хасавов: Родом вообще из Чечни, но это другая история. Arslan Khasavov: I was born in Chechnya, but that is another story.
В.Путин: Только чеченцы могут путешествовать там пешком. Vladimir Putin: Only Chechen people can travel there on foot.
А.Хасавов: Владимир Владимирович, в Хомсе я побывал в лагере беженцев. Очень много сирот сейчас. Я был недавно в Стамбуле, там сирийские дети бегают фактически босоногие по улицам, просят милостыню и так далее. И в этих лагерях беженцев сирийские дети остались. При этом нет никаких образовательных программ для них, я сам свидетель этих историй. Гуманитарная помощь поставляется. Arslan Khasavov: Mr Putin, I have visited the refugee camp in Homs. There are so many orphans there now. I was also in Istanbul, where I saw Syrian children virtually barefoot outside, begging and so on. And there are Syrian children in these refugee camps. However, there are no educational programs for them. I saw this with my own eyes. Humanitarian aid is being supplied.
Что будет с этими детьми буквально через 10–15 лет, никто не знает. Может быть, после того как Вы объявили о победе над терроризмом в Сирии, стоит как раз подумать над тем, как создать именно гуманитарную интервенцию, образовательную? Потому что в Дамаске, я напомню, работал культурный центр российский долгие годы, сейчас он закрыт. И, может быть, я как раз выпускник ИСАА [Институт стран Азии и Африки], как Ваш пресс-секретарь… Может быть, Вы даже такому человеку, как я, если поручите из Чечни возглавить и начать эту работу в Дамаске, я готов жить и работать там ради этой цели. What is to become of these children in 10–15 years, no one knows. Maybe, now that you have declared victory over terrorism in Syria, is it time to think of organising a truly humanitarian intervention, an educational one? I remember in Damascus, a Russian cultural centre was working for many years, but now it is closed. And since I am also a graduate of the Institute of Asian and African Studies, just like your Press Secretary … Maybe you need someone like me, from Chechnya, if you ordered me to start and lead this work in Damascus, I would be prepared to live and work there for this purpose.
В.Путин: Там, по‑моему, есть уже человек из Чечни, который в значительной степени организует эту работу, по‑моему, фамилия его Кадыров. Он занимается как раз вывозом детей оттуда, что очень правильно. Vladimir Putin: As far as I know, there is already a man from Chechnya who largely organises this work, a Kadyrov, I think. He is now evacuating children from there, which is the right thing to do.
Вы правы на самом деле, я сейчас скажу без всяких шуток уже. Вы правы абсолютно, это проблема, от этой проблемы больше всего страдает, конечно, Турция. В Турции потому что больше всего беженцев, самые большие лагеря там, но не только, и в Иордании есть, и в других странах. Мы знаем и проблему мигрантов, с которой столкнулась Европа, и так далее. But you are actually right, and I am not joking now. You are absolutely right – this is a problem, and Turkey certainly suffers the most, because most of the refugees are there, the largest camps are there. Yet, there are such camps in Jordan, and in other countries. We also know about the problem of migrants Europe is facing, and so on.
Поэтому решать эту проблему, безусловно, нужно, и самостоятельно Сирия вряд ли с этим справится. Но я сейчас не побоюсь этих штампованных фраз: все люди доброй воли во всём мире должны понимать, что если мы вместе это решать не будем, то это станет и их проблемой. Therefore, it is absolutely necessary to deal with this problem, and Syria will hardly be able to cope with it on its own. But I am not afraid of using these clichés: all people of goodwill around the world should understand that if we do not resolve this together, it will be their problem as well.
Вы абсолютно правильно сказали по поводу того, что будет с этими детьми через несколько лет, если они не будут получать должного образования и в нормальной человеческой среде воспитываться не будут. Потому что один из главных источников терроризма – это низкий уровень образования и низкий материальный уровень. Это такая несправедливость, это один из главнейших источников терроризма на сегодняшний день, и с этим, безусловно, нужно что‑то делать, нужно решать эту проблему. You are absolutely right to raise concerns about these children and what will happen to them in a few years, if they do not receive proper education and grow up in a normal human environment. One of the main sources of terrorism is a low level of education and living standards. This is such an injustice, and one of the main sources of terrorism to date, and of course, we need to do something about it, we need to solve this problem.
Но Сирия одна с этим не справится. Вы знаете, что и Россия одна с этим не справится. Поэтому мы готовы принимать в этом участие, но только в качестве одной из составляющих общих международных усилий. А за Ваш вопрос и за Вашу инициативу спасибо. But Syria cannot cope with this alone. You know that Russia cannot cope with this alone either. Therefore, we are ready to participate, but only as one of the components of a common international effort. Thank you for your question and for your initiative.
Я действительно, без всяких шуток не исключаю того, чтобы Вы там поработали в будущем. Так же, как там работают, скажем, наши военные полицейские – выходцы из Северного Кавказа. Ведь там в чём дело? Я уже, по‑моему, говорил, это была моя инициатива послать туда в качестве полицейских именно выходцев из Северного Кавказа, потому что они в основном сунниты, и им местное население суннитское доверяет. Really, joking aside, I do not rule out the possibility of your working there at some point. Just like our military police from the North Caucasus are working there now. I believe I already mentioned that it was my initiative to send people from the North Caucasus as policemen there, because they are mostly Sunni, and the local Sunni population trusts them.
И власти доверяют, потому что они российские военнослужащие, и местное население вне зависимости от политических пристрастий доверяет, потому что они сунниты. Получилось хорошо. Во‑первых, ребята очень мужественно и дисциплинированно себя вели, что важно. Они чувствовали, какая на них лежит ответственность, и выполняли свой долг достойно, представляя интересы России. Но эта часть чрезвычайно важна. И поэтому участие таких наших специалистов, как Вы, будет востребовано. The authorities trust them too, because they are Russian servicemen, and the local people, regardless of their political affiliations, also trust them, because they are Sunnis. It is a win-win situation. First, the guys were very brave and disciplined, which is important. They were aware of their responsibility, and fulfilled their duty with dignity as they represented Russia’s interests. However, this part is extremely important. So, the participation of our experts like you will be sought after.
Теперь по поводу поездки. Необходимость такой поездки для меня была понятной давно. Стоял вопрос: будут ли созданы соответствующие условия? Когда мы закончим ликвидацию этих террористических бандформирований? И какая будет там обстановка? Эта обстановка возникла, в основном покончено с этими бандформированиями, поэтому и было принято такое решение. Now, about the trip. The need for such a trip was clear to me for a long time. The question was whether proper conditions would be in place. When will we be done getting rid of these terrorist gangs? And what will the situation be like there? Well, the situation is there, these bandit groups are being mostly dealt with, and such a decision was made.
Что касается обеспечения безопасности, то безопасность обеспечивали наши военнослужащие и на земле, потому что, специалисты это знают, самые опасные моменты таких событий – это посадка и взлёт самолёта, который может быть целью ПЗРК. With regard to security, it was provided by our servicemen on the ground, too, because the specialists know that the most dangerous moments of such events include landing and take-off, when an airplane may be targeted by a MANPADS.
Но лётчики, ребята, я посмотрел, они не просто летели рядом, они при посадке ушли ниже нашего самолёта. Сопла боевых машин разогреваются гораздо сильнее, чем двигатели гражданского самолёта, и они, по сути, прикрывали наш самолёт. Потом разошлись. За что я, разумеется, им благодарен и хочу, чтобы они об этом знали, услышали. Хотя, мне кажется, не было такой необходимости, тем не менее они действовали именно таким образом. However, the pilots, I looked, did not just fly side by side, they went below our plane during landing. The nozzles of combat aircraft warm up much more than the engines of a civilian aircraft, and they, in fact, were covering our aircraft. Then, we parted ways. Of course, I am grateful to them for that and I want them to know about it, to hear it. Although, I think, there was no need for that but, nevertheless they did what they did.

“В Сирии, да и в других местах, очень важно, чтобы у всех глобальных игроков не было желания и соблазна использовать различные террористические, квазитеррористические, радикальные группировки для достижения сиюминутных политических целей.”

Но что является главным препятствием для окончательного решения вопроса именно в Сирии и в целом в борьбе с террором? В борьбе с террором в целом – это повышение уровня образования и благосостояния. И устранение исторических несправедливостей в регионе Ближнего Востока и в целом в мире. What is the main obstacle that stands in the way of a final solution to the problem in Syria and fighting terrorism in general? Fighting terrorism in general is all about improving the level of education and well-being. And rectifying historical injustices in the Middle East and the world in general.
А в Сирии да и в других местах очень важно, чтобы у всех участников этих процессов, у глобальных игроков не было желания и соблазна использовать различные террористические, квазитеррористические, радикальные группировки для достижения своих сиюминутных политических целей. In Syria and elsewhere, it is critical that all the participants in these processes, the global players, do not succumb to a desire or temptation to use various terrorist, quasi-terrorist, or radical groups to achieve their fleeting political goals.
Вот создали в своё время «Аль-Каиду» для борьбы с Советским Союзом в Афганистане, она в конечном итоге нанесла удар 11 сентября по Нью-Йорку. Сейчас мы видим это своими глазами, наши лётчики видят, и с беспилотников видно, уходят боевики, скажем, в Ирак, наши говорят американским партнёрам: боевики пошли туда-то и туда-то. Нет никакой реакции, нет, уходят и всё. А почему? Потому что думают, что их можно было бы использовать, наверное, в борьбе с тем же Асадом. Самое простое, это самое простое, но самое опасное, в том числе для тех, кто это делает. Al-Qaeda was created at some point to fight the Soviet Union in Afghanistan, and it ultimately struck New York on September 11. We can see it with our own eyes, our pilots can see it, and drones also show us the militants leaving, say, for Iraq. Our military tell their American partners: the militants went to a particular area. There is no reaction whatsoever. They are leaving, end of story. Why? Because they think that they could use them, probably, in fighting al-Assad. This is the simplest, but also the most dangerous thing to do, including for those who do it.
Д.Песков: Владимир Владимирович, Александр Гамов, невозможно не дать ему слово, «Комсомольская правда». Dmitry Peskov: Alexander Gamov, Komsomolskaya Pravda. There is no way we do not give him the floor.
А.Гамов: Сайт, радио и газета «Комсомольская правда», Александр Гамов. Alexander Gamov: Alexander Gamov, Komsomolskaya Pravda – the website, radio station and newspaper.
Владимир Владимирович, самый главный политический вопрос сегодня, я всё-таки считаю, – это здоровье нации, согласитесь. Я знаю, и все знают, что много этому внимания уделяют и Президент, и Правительство, и вряд ли кто будет спорить с тем, что за последние 10–15 лет мы двинулись далеко вперёд в этом плане. И в России, даже в самой глубинке, появились медицинские центры, мы были с Вами на их открытии, о которых раньше мы даже и не мечтали. Mr President, I believe that the main political issue today is the nation’s health, don’t you agree? I know and everybody knows that both the President and the government are giving the issue close attention and hardly anyone will disagree that we have made significant progress in this area over the previous 10 to 15 years. Medical centres of which we have never even dreamt before have appeared in Russia, even in the remotest parts of the country – you and I attended the opening ceremonies for these centres.
Но понимаете, в чём дело, я думаю, что Вы тоже об этом знаете, в Ваших зелёных папочках всё это было, параллельно с этим прогрессом проводилась так называемая оптимизация и получился какой-то кошмар, ужас в связи с тем, что начали укрупнять медицинские центры и закрывают по всей России – и вчера закрывали, и сейчас закрывают – фельдшерско-акушерские пункты. Я понимаю, что, может быть, там, где есть дороги, санитарная авиация, можно больного или больную, роженицу довезти. Но когда дорог нет, авиации нет, это просто катастрофа. Я человек провинциальный. Вы знаете, даже в Москве после оптимизации трудно попасть к узким специалистам – так усложнили. You see, I mean – I believe you also know about this as you have all this information in your green folders – that this progress was accompanied by a so-called optimisation drive and the result is terrible because they started to consolidate medical centres and close rural medical assistance centres all across Russia – they did it yesterday and they are doing this right now. I understand that a sick person or a woman in labour can be driven in the areas where there are roads or medical air service. But it is disastrous in the areas without roads or medical air service. I am a man from a provincial town. You know, even in Moscow after the optimisation, it is difficult to book an appointment with a specialist.
Кстати, сегодня на сайте «Комсомольской правды», которую я здесь уже отрекламировал, материал о Людмиле Яниной, журналистке, и о её коллегах, я имею в виду по несчастью. В Оренбуржье два центра диализа, насколько мне известно, но область растянута, и всё это так тяжело: люди вынуждены в мороз, пургу… То есть всё привязано к деньгам, к экономической обоснованности. У меня, например, просьба какая от имени наших читателей… Incidentally, today, material about journalist Lyudmila Yanina and her fellows in misfortune was posted on the Komsomolskaya Pravda website, which I already advertised. As far as I know, there are two dialysis centres in Orenburg Region, but the region occupies a vast area and it is so difficult for people to brave the frost or a blizzard… I mean that everything is geared to money or economic sense. Now, on behalf of our readers, I would like to ask you…
Д.Песков: Вы знаете, просьба задать вопрос. Dmitry Peskov: I would like to ask you to ask your question.
А.Гамов: Да. Не кажется ли Вам, что всё-таки здесь перегнули палку, и эта изнанка очень ужасная. Alexander Gamov: I understand. Don’t you think that they have pushed too hard and the reverse side of it is horrible?
И ещё у меня предложение, коль уж мне дали микрофон. I would also like to make a proposal, now that I was given the microphone.
В.Путин: Теперь никто его больше не получит, судя по всему. (Смех в зале.) Vladimir Putin: To all appearances, nobody else will have the chance to get it. (Laughter).
А.Гамов: Раньше Вы любили к нам в «Комсомолку» заглядывать: три раза были. Теперь я посчитал, где-то 11 лет и 7 месяцев Вас не было. Я Вас приглашаю. Alexander Gamov: You used to stop by at Komsomolskaya Pravda quite often: you have been there three times. Now we have not seen you for 11 years and 7 months, according to my count. I am inviting you over.
В.Путин: Спасибо. Vladimir Putin: Thank you.
А.Гамов: Может быть, Вы к нам в ближайшее время наведаетесь. Мы Вас будем ждать. Может быть, Дмитрий Сергеевич как-то поможет нам в этом? Alexander Gamov: Maybe soon then. We will be waiting for you. Perhaps, Mr Peskov could help to organise this?
В.Путин: Спасибо. Vladimir Putin: Thank you.
Большая пресс-конференция Владимира Путина. / Vladimir Putin’s annual news conference.
А.Гамов: Спасибо огромное. Alexander Gamov: Thank you very much.
В.Путин: Спасибо за приглашение. Vladimir Putin: Thank you for this invitation.
(Шум в зале.) (Noise in the audience.)
Ответить можно? Если все будут вопросы задавать, а я не буду отвечать, тогда мы зря собрались. May I answer the question? If everyone keeps asking questions without letting me answer, there is no reason for us to be here.
По поводу здравоохранения. Я обозначил это в самом начале нашей встречи сегодня как одно из важнейших, приоритетных направлений на будущее. Regarding healthcare. In the beginning of this meeting I said that healthcare is one of the most important areas, a priority area for the future.
Д.Вольф: Можно дополнение? Denis Volf: May I add something?
В.Путин: Дополнение к чему? Vladimir Putin: Add to what?
Д.Вольф: К здравоохранению можно? Denis Volf: To the question on healthcare.
В.Путин: Пожалуйста. Vladimir Putin: Go on.
Д.Вольф: Здравствуйте, Владимир Владимирович! Простите, что я перебил, но это очень важно. Денис Вольф, телеканал «Губерния», город Воронеж, Воронежская область. Denis Volf: Hello, Mr President. I apologise for interrupting you, but the issue is very important. I am Denis Volf, Guberniya TV channel, Voronezh, Voronezh Region.
Смотрим новости. Один известный и знаменитый человек улетел лечиться за рубеж, другой, в том числе облечённый властью. Начинаем разбираться. Что, у нас в России не лечат (в том числе про онкологию говорю), что они ездят лечиться за рубеж? Разбираемся – лечат, готовят кадры, есть университеты, всё хорошо. Чего-то не хватает. Чего? Может быть, мощностей, оборудования. И в Воронеже, и в других крупных городах-миллионниках стоит вопрос – онкология, строительство онкоцентров. We see on the news one famous person leave Russia to get medical treatment abroad, then another one, a politician, for example, leaves, too. So we start investigating. Does this mean that Russia cannot provide proper treatment (I am talking about cancer, too), so that people have to leave to get treatment abroad? And as we investigate, we find out that we do have proper treatment, we have universities, qualified staff, everything is in order. But there must be something missing. What is it? Capacity or equipment, perhaps. In Voronezh, and in other major Russian cities as well, the issue of cancer and the construction of cancer treatment centres is a pressing one.
Построить – одно, оснастить – несколько другое. Это довольно дорого, это очень серьёзные технологии, в том числе зарубежные, не наши. Возможно ли в рамках какой-нибудь федеральной целевой программы, может быть, даже «Здоровье», в которую сейчас, насколько мне известно, «вшита» онкология, предусмотреть софинансирование строительства онкоцентров? Это большая проблема, я думаю, что для всей России. It is not enough to build a centre, it needs to be equipped, too. It is rather expensive, we are talking about serious technologies, including foreign ones, not Russian. Is it possible to introduce co-financing for cancer treatment centres as part of some federal targeted programme? Maybe even the Zdorovye programme, which, as far as I know, covers cancer treatment as well. It is a big problem, for the whole of Russia too, I believe.
Спасибо. Thank you.
В.Путин: Я буду сразу на два вопроса отвечать. Vladimir Putin: I will answer two questions at once.
По поводу программ развития здравоохранения в целом. Вы правильно сказали, что, действительно, немало сделано с точки зрения повышения доступности высокотехнологичной медицинской помощи. Мы центры создали во многих городах России, мы создали перинатальные центры и будем в конце года ещё завершать эту программу. Мне кажется, надо будет продолжать её в будущем. Я уже говорил о снижении младенческой, материнской смертности в этой связи. У нас такие же показатели, не такие же, в принципе хорошие показатели по снижению смертности от внешних факторов – от ДТП, от заболеваний сердечно-сосудистой системы, от туберкулёза. Есть некоторые подвижки по онкологии, но не такие, как требует проблема, которая ещё очень высока. Поэтому софинансирование востребовано, и мы будем обязательно это делать. Concerning healthcare development progammes in general. You have rightly said that a great deal has been done to make high-tech medical assistance more accessible. We have set up centres in many Russian cities, we set up perinatal centres and we will be working on this programme for the rest of the year. I think it should be continued further. I have already mentioned the drop in infant and maternal mortality in this connection. We have similar indicators, I mean basically good indicators, of mortality due to external factors, road accidents, cardiovascular disease, tuberculosis. Some progress has been made on oncology, but it is still short of what is needed to solve the problem, which is still severe. So, there is a need for co-financing by the state and we will certainly do that.
По поводу того, что Вы сказали о сокращении сети. Я согласен с Вами, во многих случаях это является необоснованным и недопустимым. При всей необходимости модернизации системы, при всей справедливости того, что у нас коечный фонд используется не для лечения больных, а для профилактики и оздоровления, при том, что технические средства должны быть такие, что пребывание на больничной койке должно сокращаться, а количество людей, которые пропускаются через эту койку, увеличиваться, всё-таки с учётом огромности нашей территории далеко не всегда обосновано сокращение учреждений. Что в этом смысле нужно делать? Нужно увеличивать, конечно, прежде всего общее финансирование. Оно и будет увеличено на следующий год. В этом году у нас, по-моему, 3,8 от ВВП примерно, по данным Минфина. Может быть, они могут расходиться, эти данные, с некоторыми другими ведомствами. По данным Минфина, я вчера только с Силуановым разговаривал специально по этому вопросу, он мне сказал, что на следующий год 4,1 процента на совокупные расходы по медицине в целом по стране. You have also mentioned the shrinking of the network. I agree with you that in many cases this is unwarranted and unacceptable. For all the need to modernise the system, and the fairness of the remark that hospital beds are used not to treat patients, but for prevention and wellness, and although the technical equipment should be such as to reduce the time a patient spends in a hospital bed and the number of people passing through this bed should increase, still considering the huge territory of our country reducing the number of medical facilities is not always justified. What should be done? First of all, funding of course should be increased. It will be increased for next year. This year it is, I think, about 3.8 of the GDP, according to Finance Ministry data. Perhaps these data may not tally with those of some other agencies. According to the Finance Ministry – I talked about it with Siluanov just yesterday, and he told me that next year the total spending on health care nationwide will be 4.1 percent of the GDP.
Но на чём следует особо сосредоточить внимание? На сохранении (там, где можно) и создании новых форм медицинского обслуживания в малых населённых пунктах от 100 до 2 тысяч человек. Там нужно создавать новые современные ФАПы, возрождать то, что утрачено, и создавать новые. Первое. But I would like to flag a particular problem. It is the preservation (wherever possible) and creation of new forms of medical care in small communities of between 100 and 2,000 people. New modern nursing and midwifing centres should be set up, what has been lost should be restored and new facilities created. That’s number one.
Второе. В населённых пунктах, где проживают меньше 100 человек, нужно создавать и использовать передвижные пункты оказания медицинской помощи. Это безусловно. Number two. In communities with less than 100 people, mobile medical assistance centres should be set up. This is a must.
Есть вещи «кричащие», Вы о них сказали. Это дополнительная помощь, помощь людям с тяжёлыми заболеваниями и помощь с приобретением для них большего количества лекарств. Ведь у нас что произошло? Продолжительность жизни значительно увеличилась – с 65 до 73 лет почти. Люди, которые страдают тяжёлыми заболеваниями, слава богу, из жизни не уходят, но их количество растёт, а объём денег, которые выделяются, недостаточен. Поэтому я уже дал поручение Правительству: мы увеличим количество денег, выделяемых на соответствующие медикаменты, в том числе на обезболивающие лекарства, и увеличим количество денег на приобретение необходимого оборудования, в том числе и для тех, кто нуждается в использовании этого оборудования на дому. Some issues are crying out for a solution, you have mentioned them. They include providing additional assistance to seriously ill persons and helping them to buy a large amount of the drugs they need. Look what happened. Life expectancy has increased significantly, from 65 to almost 73 years. People who are gravely ill, thank God, are not passing away, but their numbers are growing and the amount of money allocated is insufficient. So I instructed the Government: we will increase allocations for the corresponding medicines, including pain-killers, and we will increase allocations for buying the necessary equipment, including for those who need it to be used at home.
Большая пресс-конференция Владимира Путина. / Vladimir Putin’s annual news conference.
Д.Песков: «Эхо Москвы». Я вижу Татьяну Фельгенгауэр, которая с нами в строю. Dmitry Peskov: Ekho Moskvy. I see Tatyana Felgengauer, who is back in the ranks.
Т.Фельгенгауэр: Татьяна Фельгенгауэр, радиостанция «Эхо Москвы». Tatyana Felgengauer: Tatyana Felgengauer, Ekho Moskvy radio station.
В.Путин: Дай Вам бог здоровья. Надеюсь, у Вас всё хорошо. Vladimir Putin: God bless you. I hope you are doing well.
Т.Фельгенгауэр: У меня вопрос о ситуации с верховенством права в Российской Федерации. Мы видим две разные правовые реальности. В одной активно работает настоящая репрессивная машина, когда возбуждаются уголовные дела по репостам, эсэмэскам, когда в тюрьме сидит по необоснованным абсолютно обвинениям, и это доказано в ЕСПЧ, Олег Навальный, когда идёт дело Кирилла Серебренникова и в СИЗО держат Алексея Малобродского. Tatyana Felgengauer: I have a question about the situation with the rule of law in the Russian Federation. We can see two different legal realities. In one, there is a true repressive machine working, where criminal cases are being initiated for social media reposts and text messages, and people are thrown in jail on groundless charges, which has been confirmed by the ECHR, Oleg Navalny, and Alexei Malobrodsky, who is kept in pre-trial detention facility, while Kirill Serebrennikov’s case is being heard.
Мы видим и другую правовую реальность. В ней убит Борис Немцов, а Руслана Геремеева не допрашивают, потому что следователя просто не пустили. Не допрошен Андрей Турчак по делу о покушении на журналиста Олега Кашина. Игорь Сечин, глава «Роснефти», не является в суд на важнейший процесс по делу Алексея Улюкаева, игнорируя все повестки. Любого другого гражданина наверняка принудительно доставили бы в суд, потому что это неуважение к суду, однако Игорю Сечину это всё сходит с рук. There is another legal reality. The one where Boris Nemtsov was killed, and Ruslan Geremeyev never questioned, because the investigator was not allowed to see him. Andrei Turchak was not interrogated either in the case of the attempted assassination of journalist Oleg Kashin. Igor Sechin, the head of Rosneft, is not in court for the most important trial of Alexei Ulyukayev, ignoring the summons. Any other citizen would certainly be forcibly brought to court, because this is contempt of court, but Igor Sechin gets away with it.
Собственно, вопрос: о каком верховенстве права мы можем говорить, если в нашем государстве существуют разные правовые реальности? Therefore, here is my question: what kind of rule of law is this, if there are two different legal realities in our country?
В.Путин: Я согласен с Вами, что проблем достаточно. Но не могу согласиться с тем, что у нас существуют разные правовые реальности. Vladimir Putin: I agree with you that there are problems. But I cannot agree with the fact that we have different legal realities.
Что касается Сечина, его неявки в суд, если здесь есть какое-то нарушение закона, то закон должен соответствующим образом отреагировать на это. Но, насколько я себе это представляю, и я, безусловно, интересовался, потому что видел реакцию общественности на этот счёт, закон здесь ни в чём не нарушен. И, как полагает следствие, достаточно собрано материалов, в том числе и показания самого Сечина. Но я не могу с Вами не согласиться в том, что Сечин мог бы и прийти в суд, чего здесь такого-то? Мог бы повторить всё то, что он излагал в ходе предварительного следствия и допросов. As for Sechin and his failure to appear in court – if that was a violation of the law, then there must be an appropriate response under the law. But, as far as I understand, and I was certainly interested because I saw the public reaction to this case, the law was not violated in any way. The investigators agreed they have enough evidence collected, including the testimony of Sechin himself. But I cannot disagree with you that Sechin should have come to court, what is the problem anyway? He could show up and repeat what he said during the preliminary investigation and interrogations.
А по поводу того, что кто‑то сидит и Вы считаете это необоснованным. Вы считаете необоснованным, а органы следствия считают обоснованным. Решить спор в таких случаях может только одна инстанция – суд. Нужно будет укреплять и дальше судебную и правовую системы. As for someone being in jail and you thinking it is unreasonable, that is your opinion, while the investigative authorities consider it justified. Such disputes can only be resolved by court. We need to further consolidate the judicial and legal systems.
М.Зуб: Владимир Владимирович, добрый день! Mikhail Zub: Good afternoon, Mr Putin.
Издательство «Потребитель», Михаил Зуб. My name is Mikhail Zub. Potrebitel publishing house.
Обращаюсь со следующим вопросом по развитию рыбохозяйственного комплекса. Мы Вам очень благодарны относительно исторического съезда 2015 года, принятия идеологии о том, что рыба – это национальное достояние, которое должно следовать для населения, и так далее. I have a question about the development of fisheries. We are very grateful to you for the historic conference of 2015, which adopted the idea that fish are part of the national heritage that should reach the population, and so on.
Мы также благодарны Вашему системному подходу относительно анализа экспорта – порядка 87 процентов. Мы также благодарны за то, что Вы сказали относительно того, что блок на сегодня не развит: ни переработки, ни прибрежной инфраструктуры, ни логистики. We also appreciate your systemic approach to the analysis of export, about 87 percent. We also appreciate that you have said today that the industry is underdeveloped: no processing, no coastal infrastructure, no logistics.
Но у нас возникла система противоречий, и дальше будет следовать вопрос. То есть относительно Госсовета появляется 349‑й Федеральный закон, который на 75 процентов делает «обрезание» Вашей идеологии. But some contradictions have arisen, which brings me to my question. The State Council proposed Federal Law 349 that “circumcises” your ideology by 75 percent.
Второе, появляется постановление 632… Second, along comes Executive Order 633…
В.Путин: А в чём там «обрезание»? Vladimir Putin: What’s the “circumcision” ?
М.Зуб: Объясняю. Вы шли от блока реализации к блоку переработки и блоку добычи, к единому целому. Вы шли от человека, от субъекта потребления. Что делает на сегодня 349‑й закон? Он говорит: ребята, 20 процентов инвестиционной квоты разделите на четыре доли, 75 процентов отдайте блоку добычи, а 25 процентов – блоку переработки. Mikhail Zub: Let me explain. You moved from sale to processing to fishing, as a single whole. You proceeded from the consumer. What does law 349 do? It says: guys, divide 20 percent of the investment quota into four parts, 75 percent for fishing and 25 percent for processing.
Второе, этого мало: 633‑м постановлением принимается решение о том, что на инвестиционный объект, например на фабрику, требуется для полной мощности двадцать пять тысяч тонн сырья. И тут же одновременно идёт «игра» постановлением 648, где говорится: 70 процентов от объёма квоты, для того чтобы фабрика функционировала. Second, as if this were not enough: under resolution 633 an investment object, for example a factory, if it is to work at full capacity, needs twenty-five thousand tonnes of raw material. And then there is the game they are playing with resolution 648 which says that 70 percent of the quota is needed for the factory to function.
Объём квоты – девять тысяч тонн. Из девяти тысяч тонн шесть тысяч тонн – б/г, тем самым четыре тысячи тонн рыбы. То есть получается, сегодня условно компания Х будет строить фабрику, и она за четыре тысячи тонн переработки практически уничтожает инфраструктуру. The size of the quota is nine thousand tonnes. Out of the nine thousand tonnes, six thousand tonnes is fish without heads, so it is really four thousand tonnes. So what happens? Suppose company X starts building a factory, and it practically destroys the infrastructure for four thousand tonnes of fish.
Более того, для переработчиков ещё хуже создали условия. Фактически переработчик сегодня вошёл в противоречие с Федеральным законом 39. То есть фактически требуется финансовое обеспечение для строительства фабрики и для участия в строительстве. Хотя переработчик не имеет блока добычи. У него нет квоты. The plight of the processing industry is still worse. In fact, it is up against Federal Law 39. In fact, financial support is needed to build a factory and to take part in the construction. But the processor has no fishing operation. He has no quota.
И у меня огромная просьба, из чего следует очередной вопрос. То есть на сегодня Вы условно судья. На этот ринг запускается блок добычи, блок переработки. Блок переработки «зубами дополз», чтобы войти в инвестиционную квоту. I have to ask you for something very important. This is my question really. Today you are the umpire. The extractive side and the processing side are in the ring. The processing side “by the skin of its teeth” managed to reach the investment quota.
Те предприятия переработки, которые преодолели эту планку, сдали документы в Росрыболовство – есть такие единицы, я говорю о всей переработке, не о конкретике, – нужно дать возможность участвовать в получении инвестиционной квоты, подписать постановление 632, получить квоту и построить фабрики. The processing facilities that cleared this bar have submitted their documents to Rosrybolovstvo [Federal Agency for Fishery], there are a few, I am talking about processing as a whole, not about specific cases, we should be allowed to take part in obtaining an investment quota, sign resolution 632, get a quota and build factories.
И самое главное… And most importantly…
В.Путин: Рыбу привезли… Vladimir Putin: You brought the fish…
М.Зуб: Владимир Владимирович, вопрос Китая, Севморпути, связки, обеспечения. Тут четыреста листов печатного текста. Лично Вам это дарю. Можете потом выкинуть или по диагонали прочитать. Но я хочу, чтобы это всё развивалось. Мы хотим соединить Севморпуть, мы хотим соединить Дальний Восток. Мы знаем, что делать. Мы ходим по кругу. Mikhail Zub: Mr Putin, it is about China, the Northern Sea Route, connections, and supplies. There are 400 pages of printed text. This is my personal gift to you. You can toss it or go over it briefly. However, I want this to develop. We want to connect the Northern Sea Route, we want to connect the Russian Far East. We know what needs to be done. We are walking in circles.
Я Вас обманул. Я никакой не журналист, я случайный журналист. Я председатель совета директоров Мурманского рыбокомбината. I tricked you. I am not a journalist, rather an accidental journalist. I am the chairman of the board of directors of the Murmansk fish processing plant.
(Аплодисменты.) (Applause)
Д.Песков: Это плохо. Dmitry Peskov: That’s bad.
М.Зуб: Плохо, согласен. Mikhail Zub: I agree, it is.
Д.Песков: Вы же аккредитовывались на пресс-конференцию. Dmitry Peskov: You were accredited for a news conference.
М.Зуб: Согласен, плохо. Потому что мы три с половиной года землю жуём зубами. Мы рвёмся, для того чтобы выжить, и мы знаем, как выжить. Мы знаем, как поймать дальневосточную рыбу; что рыба по 52 рубля с Дальнего Востока будет по 80 рублей продаваться, а не по триста. У нас 300 рублей рыба стоит. Mikhail Zub: I agree, it is a bad thing to do. Because we have been fighting for three and a half years in order to survive, and we know how to survive. We know how to catch Far Eastern fish; the fish will be sold for 52 rubles, 80 rubles for fish from the Far East, not 300 rubles. Fish in our stores is priced at 300 rubles [a kilo].
Мы должны продавать рыбу так же, как курицу. Что у нас Артемьев говорил? Артемьев говорил: треска стоила 60 копеек, а курица – 2 рубля. Сейчас курица стоит 100 рублей, а треска – 300 рублей. Что мы издеваемся над людьми? Делайте со мной что хотите. Да, я сюда пришёл незаконно: сделался журналистом и прочее. Передайте, пожалуйста. We should be selling fish like it is chicken. What did Artemyev say? He said cod used to cost 60 kopecks, and chicken 2 rubles. Now, a chicken costs 100 rubles, and cod costs 300 rubles. Are we making fun of our customers? Do what you want with me. Yes, I came here illegally: I pretended to be a journalist, etc. Please hand it over from us.
Д.Песков: Спасибо, что признались. Dmitry Peskov: Thank you for coming clean with us.
В.Путин: Смотрите, если мы сейчас будем вдаваться в детали, то нас с Вами вряд ли кто‑нибудь поймёт. Vladimir Putin: Look, if we go into details now, hardly anyone will know what we are talking about.
Я совсем недавно практически по всем этим вопросам приглашал к себе для беседы Илью Васильевича Шестакова. В целом я разделяю Ваши озабоченности. Потому что если мы не создадим условия для развития переработки, то тогда всё это будет уходить у нас за границу на переработку. Там будут создаваться рабочие места, там будет создаваться добавленная стоимость, и цена на рыбу у нас будет оставаться такой же высокой, как сегодня. Нам нужно обеспечить логистику и перераспределить эти возможности по квотам. I recently invited Ilya Shestakov to join me for a discussion of all these issues. In general, I share your concerns. If we do not create proper conditions for the development of processing capacities, then all of that will go abroad for processing. Jobs will be created there and added value will be created there as well, and the price for fish will remain as high as it is today. We need to provide logistics and redistribute these capabilities using quotas.
Эти 20 процентов, о которых Вы сказали, – у меня тоже возникли такие же точно вопросы. Единственное, что здесь прозвучало в ответ, это то, что резкое движение по этим процентам может подорвать добычу вообще. И так называемый исторический принцип, который сложился в отрасли уже достаточно давно, что его нельзя резко менять, иначе мы просто подорвём саму добычу рыбы. The 20 percent that you mentioned, I had exactly the same questions. The only thing that we heard here in response was that a rapid change in these percentages can undermine the catch in general. And the so-called grandfather rule, which took shape in the industry a long time go, cannot be changed abruptly, otherwise we will simply undermine fisheries.
Сейчас не будем дискутировать, просто у нас с вами не производственное собрание, но в принципе я Вас приглашу на одно из таких производственных собраний, чтобы послушать и переработчиков, и добытчиков, и так далее. Я хочу только Вам сказать, что в целом проблема понятна, мы ею занимаемся и будем вместе с вами это делать. We are not going to discuss it now, since it is not a work-related meeting, but I will invite you to one such meeting where both processors and producers will have the chance to speak. I just want to let you know that the issue is clear, we are dealing with it, and will continue to do so in conjunction with you.

“Если мы не создадим условия для развития переработки [рыбы], то всё это будет уходить на переработку за границу. Там будут создаваться рабочие места, там будет создаваться добавленная стоимость, и цена на рыбу у нас будет оставаться высокой. Нам нужно обеспечить логистику и перераспределить эти возможности по квотам.”

И мои симпатии больше на Вашей стороне сегодня, я думаю, что в значительной степени, сейчас не буду забегать вперёд, но в значительной степени Вы правы, и нужно обратить внимание на эти озабоченности, которые Вы сейчас сформулировали. А бумаги мы обязательно используем в ходе подготовки к этим совещаниям. You have my sympathies, and I think that now I will not get too far ahead of myself, but you are right, and we need to pay attention to the concerns that you have articulated. We will use your papers to prepare for these meetings.
Секундочку, там Ксения Анатольевна против всех хочет сказать. Пожалуйста. Just a moment, Kseniya would like to say something against everybody. Please.
К.Собчак: Да, Владимир Владимирович. Kseniya Sobchak: Yes, Mr Putin.
В.Путин: Вы против всех здесь присутствующих или вообще против всех? Vladimir Putin: Are you against everyone present or everyone in general?
К.Собчак: Нет, я за россиян и против несменяемости власти. У меня вопрос про конкуренцию. Kseniya Sobchak: No, I am for Russians and against power never changing hands. I have a question about competition.
В.Путин: Я так и знал. Vladimir Putin: I knew it.
К.Собчак: У меня вопрос про конкуренцию на этих выборах. Как Вы, наверное, знаете, я собираюсь тоже баллотироваться в Президенты Российской Федерации. Kseniya Sobchak: I have a question about competition in this election. As you may know, I am also going to run for President of Russia.
В.Путин: Вы здесь в качестве журналиста или Вы тоже всех обманули, как предыдущий товарищ, и пришли сюда в виде кандидата в президенты? Vladimir Putin: Are you here as a journalist or did you also trick everyone, like the man before, and you really came here as a presidential candidate?
К.Собчак: Нет, я не обманула и пришла сюда как журналист телеканала «Дождь», потому что, к сожалению, на сегодняшний момент это единственная возможность задать Вам вопрос, так как в дебатах Вы не участвуете. Kseniya Sobchak: No, I have not tricked anyone and I have come here as a journalist from Dozhd TV channel, because, at the moment, this is the only chance to ask you a question, because you do not participate in debates.
В.Путин: Пожалуйста. Vladimir Putin: Please.
К.Собчак: Мой вопрос связан с конкуренцией на выборах. Ваш пресс-секретарь Дмитрий Песков уже говорил о том, что оппозиция у нас не созрела, Вы сегодня говорили о том, что не самому же мне выращивать, потому что нет людей. Kseniya Sobchak: My question is related to the competitiveness of the election. Your press secretary, Dmitry Peskov, has already said that there is no opposition today; you have said today that you cannot nurture rivals, there are no people.
Мне кажется, уже все давно созрели и никого растить не нужно, все уже сами выросли. Но проблема заключается в другом, что сегодня либо у нас оппозиционных кандидатов не пускают на выборы, либо создают проблемы. Я это чувствую на себе. I think that everyone is quite ready and there is no need to nurture anyone. The problem is that today opposition candidates are not allowed to take part in elections, or they run into problems. I can feel it myself.
Например, есть кандидат Алексей Навальный, который уже год ведёт предвыборную кампанию. Против него специально были созданы фиктивные уголовные дела. Их фиктивность была доказана Алексеем Навальным в Европейском суде. Решения Европейского суда признаёт, как Вы знаете, Российская Федерация. Тем не менее он не допускается к выборам, хотя известно, что есть особое мнение Конституционного Суда по этому вопросу и так далее. For example, there is a candidate, Alexei Navalny, who has been campaigning for over a year now. Fake criminal cases were begun against him. Alexei Navalny proved that they are fake at the European Court. You know that the Russian Federation recognises rulings of the European Court. Nevertheless, he is not allowed to stand in the election, although it is known that the Constitutional Court has a special opinion on this issue and so on.
То же самое связано и с моей деятельностью после моего объявления. Очень сложно снять любой зал в стране, люди отказываются, даже на коммерческих условиях, сотрудничать. Сложно поставить любую агитационную продукцию. Всё это связано просто со страхом. Люди понимают, что быть оппозиционером в России – это значит, что либо тебя убьют, либо тебя посадят, либо произойдёт ещё что‑либо в этом духе. The same goes for my activities since my announcement. It is very difficult to rent a hall in Russia, and people refuse to cooperate, even on a commercial basis. It is difficult to deliver any advertising materials. All of it is simply connected with fear. People understand that to be an opposition member in Russia means that you will either get killed, or go to jail, or something like that.
Большая пресс-конференция Владимира Путина. / Vladimir Putin’s annual news conference.
Мой вопрос с этим: почему так происходит? Неужели власть боится честной конкуренции? My question is: why is this happening? Is the government afraid of honest competition?
В.Путин: По поводу конкуренции и по поводу того, где у нас дееспособная оппозиция, я уже достаточно развёрнуто отвечал. Смысл этого ответа заключается не в том, что кто‑то не созрел для чего‑то, а смысл ответа заключается в том, что оппозиция должна выйти с ясной, понятной людям программой позитивных действий. Vladimir Putin: As for competition and whether we have a capable opposition, I have already answered in enough detail. The message was not that anyone is not mature enough, but that the opposition must emerge with a clear, understandable programme of positive action.
Вот Вы идёте под лозунгом «Против всех». Это что, позитивная программа действий? А что Вы предлагаете для решения тех проблем, которые мы сегодня обсуждаем? (Аплодисменты.) Suppose your slogan is “Against everyone.” Is this a positive action programme? What are you proposing to resolve the problems we are discussing today? (Applause.)
По поводу персонажей, которых Вы упомянули. Уже ставили здесь вопрос про Украину. Вы хотите, чтобы у нас по площадям бегали десятки таких, извините, Саакашвили? Вот те, кого Вы назвали, это Саакашвили, только в российском издании. И Вы хотите, чтобы такие Саакашвили дестабилизировали ситуацию в стране? Вы хотите, чтобы мы переживали от одного майдана к другому? Чтобы у нас были попытки государственных переворотов? Мы всё это уже проходили. Вы что, хотите всё это вернуть? Я уверен, что абсолютное, подавляющее большинство граждан России этого не хочет и этого не допустит. (Аплодисменты.) About the figures you mentioned. A question about Ukraine was already asked. Do you want dozens of people like Saakashvili running around here? Those you named are a Russian version of Saakashvilis. Do you want such Saakashvilis to destabilise your country? Do you want us to live from one Maidan to the next? To survive attempted coups? We have been through this already. Do you want all this to return? I am sure that the absolute, overwhelming majority of Russian citizens does not want this and will not allow this. (Applause.)
А конкуренция, конечно, должна быть, и она, безусловно, будет, вопрос только в радикализме. Вот посмотрите, что сделали с движением Occupy Wall Street. Где оно теперь в Соединённых Штатах, движение Occupy Wall Street? А там вот такие Саакашвили или те, кого Вы назвали, вот оно из них и состояло. Где они теперь? Их нет. There certainly should be competition, and there will be competition of course – the only question is radicalism. Look what happened to the Occupy Wall Street movement in the United States. Where is it now? The thing is, it was comprised of people like Saakashvili or those you named. Where are they now? Nobody knows.
Это демократия или нет? Давайте зададимся вопросом: а что же такое демократия? Это предмет такой достаточно серьёзной и глубокой дискуссии. Is this democracy or not? We should ask ourselves: what is democracy? This is a subject for a serious and deep discussion.
Я Вас уверяю, власть никого не боялась и никого не боится. Но власть не должна быть похожа на бородатого мужика, который лениво выковыривает капусту из своей бороды и смотрит на то, как государство превращается в какую-то мутную лужу, из которой олигархи выковыривают и ловят для себя золотую рыбку, как это было у нас в 90-х годах и как сегодня это на Украине происходит. Мы же не хотим второго издания сегодняшней Украины для России? Нет, не хотим и не допустим. I assure you that the government has never been afraid and is not afraid of anyone. But the government should not act like a bearded peasant idly picking at cabbage pieces in his beard and watching the state turn into a muddy puddle where oligarchs fish out goldfish for themselves, like it was in the 1990s or in Ukraine today. Do we want a replica of today’s Ukraine in Russia? No, we do not want it and will not allow it.
И.Кошлюнов: Здравствуйте! Меня зовут Илья Кошлюнов, я из ГТРК «Бурятия», город Улан-Удэ. Ilya Koshlyunov: Hello, my name is Ilya Koshlyunov, I represent the Buryatia State Television and Radio Company, city of Ulan-Ude.
Я хотел спросить по поводу проблемы. Это не вопрос, просто хочу обозначить на федеральном уровне. С 1 октября был введён запрет на вылов омуля, соответственно, все предприятия, которые работали на берегу Байкала, закрылись и люди остались без работы. Представляете, Сибирь, север Сибири, все люди занимались этим делом, остались без работы. Единственный момент господдержки – это пособие по безработице. Я просто Вас прошу галочку сделать. Когда Вы сделаете, машина заработает и найдутся ответы на вопросы, как помочь этим людям. I would like to ask about a problem. This is not a question; I just want to raise it at the federal level. On October 1, a ban on catching omul was imposed, so all businesses that operated on the shores of Lake Baikal were closed and people lost their jobs. Imagine, Siberia, the north of Siberia, this was what everyone did for a living, and they became unemployed. The only type of state support is unemployment benefits. I just ask you to make a note. When you do, the machinery will spring into action and there will be answers to the questions about how to help these people.
В.Путин: Хорошо. Вы правы, я сразу, не дожидаясь второй части вопроса, хочу сказать, что Вы правы. Если так происходит, это недопустимо. Естественно, надо бороться за экологию. У нас запрет на чёрную икру, допустим, как реализуется? Плохо, потому что на всех рынках чёрной икры полно. То же самое по омулю: если он истребляется, его надо защитить, надо на какой-то период ввести мораторий, то прежде нужно было подумать о людях, которые работают на этом и семьи свои кормят. Я обращу на это внимание обязательно. Vladimir Putin: All right. You are right, and without waiting for the second part of the question, I want to say that you are absolutely right. If this is going on, it is unacceptable. Naturally, we must fight for the environment. Say, we have a ban on black caviar, how is it enforced? Badly, because the market is full of black caviar. The same is true for omul: if it is being exterminated, it must be protected, a moratorium should be introduced for a period of time, but we should have thought about the people who are engaged in this business and have to feed their families. I will look into this without fail.
Вторая часть вопроса по Байкалу. The second part of the question on Lake Baikal, please.
Ю.Пермякова: Здравствуйте, Владимир Владимирович. Меня зовут Юлия Пермякова, я представляю телерадиокомпанию «Тивиком» из Улан-Удэ, Республика Бурятия. Yulia Permyakova: Hello, Mr President. My name is Yulia Permyakova, I represent the Tivikom television and radio company of Ulan-Ude, Republic of Buryatia.
У меня два вопроса, я очень коротко. По Байкалу. Там расширили границы водоохранной зоны от 200 метров до 80, а где-то и до 100 километров, то есть люди теперь автоматически стали нарушителями, они не могут приватизировать землю, дома, они должны ездить по асфальтированным дорогам. Бьются они уже давно, по-моему, четыре года, последний раз активистка была на приёме у Донского. Ничего, пока никак невозможно решить эту проблему. Речь идёт о 130 тысячах людей, это четыре района. Можно ли как-то этот вопрос решить, заняться им? I have two questions, I will be brief. As for Lake Baikal, the boundaries of the water protection zone have been expanded from 200 metres to 80 and sometimes up to 100 kilometres, so people have now automatically become violators, they cannot privatise land, houses, they must drive on asphalt roads. They have been asserting their rights for a long time, for four years, if I am not mistaken. Recently, Natural Resources Minister Sergei Donskoi received an activist. Nothing came of it, it has been impossible to solve this problem so far. It concerns 130,000 people, these are four districts. Is it possible to solve this problem somehow, to deal with it?
И второй вопрос касается города Улан-Удэ. Город Улан-Удэ считается туристическим центром Бурятии, тем не менее уже 10 лет мы ждём строительства третьего моста через реку Уда. Его стоимость – 4,5 миллиарда рублей. Сейчас у нас сменился глава региона, Алексей Цыденов, Вы знаете. Он тоже большую работу делает, пытается где-то найти эти средства. Понятное дело, мы дотационная республика, мы не можем ни в бюджете республики, ни в бюджете города найти такие деньги. And the second question concerns the city of Ulan-Ude. Ulan-Ude is considered a tourist centre of Buryatia; nevertheless, we have been awaiting the construction of the third bridge across the Uda River for 10 years already. Its cost is 4.5 billion rubles. Now we have a new head of the region, Alexei Tsydenov, as you know. He is also doing a great job, trying to find these funds somewhere. Of course, we are a subsidised republic, so we cannot come up with the money from the budget of the republic or the budget of the city.
То есть сможет ли федеральный центр как-то профинансировать строительство моста? И если это возможно, то можно какие-то временные рамки обозначить? So, can the federal centre somehow finance the construction of the bridge? And if this is possible, can we designate a time frame?
Спасибо. Thank you.
В.Путин: Объекты такого рода строятся всегда с участием федерального центра, из федерального бюджета. Нужно просто, я и с новым руководителем поговорю, и с Министром транспорта, в плановом порядке, своевременно делать заявки и добиваться их включения в план общего развития транспортной инфраструктуры, в том числе и мостовых переходов. Я посмотрю это. Vladimir Putin: Facilities of this kind are always built with the participation of the federal centre, with allocations from the federal budget. It is simply necessary (and I will talk with the new head and with the Minister of Transport) to make applications in a timely manner and to get them included in the plan for the overall development of transport infrastructure, including bridge crossings. I will consider this question.
Теперь по поводу расширения охранных зон. Я уже говорил, когда мы совещание проводили на самом Байкале, что нужно бороться за экологию, коллега тоже об этом говорил, за сохранение природы. Нужно всё делать в рамках здравого смысла и не нарушать нормальной жизни людей, которые живут на этих территориях. Мы обязательно к этому вернёмся. Now about the expansion of protected zones. When we held a meeting on Lake Baikal, I said that we need to fight for the environment, our colleague also spoke about this, for the preservation of nature. Everything must be done with common sense and so as not to disturb the normal life of the people who live in these territories. We will definitely return to this issue.
Д.Песков: Владимир Владимирович, знаете, мне написали эсэмэс и обвинили в том, что я веду себя по отношению к «Раша Тудей» как Госдепартамент США, не давая им задать вопрос. «Раша Тудей», задайте вопрос. Dmitry Peskov: Mr President, you know, I have received a text message accusing me of behaving towards Russia Today like the US Department of State by not giving them the floor. Russia Today, ask your question.
В.Путин: Работаете на Госдепартамент. Безобразие просто, накажем. Vladimir Putin: You are working for the US Department of State. Outrageous! You will be punished.
И.Петренко: Дмитрий Сергеевич, спасибо большое. Ilya Petrenko: Mr Peskov, thank you very much.
Здравствуйте, меня зовут Илья Петренко. Как уже Дмитрий Сергеевич сказал, я представляю телеканал «Раша Тудей». Good afternoon. My name is Ilya Petrenko. As Mr Peskov has already said, I represent the Russia Today TV channel.
Владимир Владимирович, я изначально хотел задать Вам вопрос о Ваших личных контактах с Дональдом Трампом, но дважды Вы об этом уже говорили. Маленькое уточнение: если бы в английском языке присутствовали слова и «ты», и «Вы», Вы бы уже перешли с ним на «ты»? Mr President, I was initially planning to ask you about your personal contacts with Donald Trump, but you spoke twice on that already. A little clarification: if the English language had a familiar and formal ‘you’, would you be using the familiar one by now?
Вы также упоминали в одном из вопросов об американцах о давлении в Америке на RT и «Спутник». Давление продолжается, Россия принимает ответные меры. До какого предела наша страна в этих ответных мерах готова идти, это во-первых. И, во-вторых, очень важно, как это влияет на свободу слова в нашей стране? In response to one of the questions concerning the Americans, you mentioned the pressure on RT and Sputnik in America. The pressure continues. Russia is retaliating. First, how far is Russia prepared to go in its retaliatory measures. And second, but also very important, what effect can it have on freedom of speech in our country?
И очень коротко ещё одна тема. Сегодня в Курганской области многодетного фермера судили за незаконный оборот спецсредств, за GPS-трекер, который он прикрепил к своей корове. И дело вернули обратно в прокуратуру. Он сейчас смотрит эту пресс-конференцию, его зовут Евгений. Несмотря на то, что дело по-прежнему рассматривается. По моим данным, в прошлом году больше 200 человек по этой статье было осуждено. Что Вы по этому поводу думаете? And very shortly, one more topic. Today, a farmer in the Kurgan Region, a father of many children, was sentenced for illegal trafficking of special devices, for a GPS tracker that he attached to his cow. The case was returned to the prosecutor’s office. He is now watching this news conference, his name is Yevgeny. Despite the fact that his case is still being considered. According to my data, more than 200 persons were sentenced on similar charges last year. What do you think about that?
В.Путин: Я даже не понял, за что. Использовать GPS без оплаты, что ли? Vladimir Putin: I did not quite understand. Do you mean that he was using GPS without paying for it?
Большая пресс-конференция Владимира Путина. / Vladimir Putin’s annual news conference.
И.Петренко: Он заказал в Китае устройство, которое прикрепил к корове, потому что она от стада отделялась. Ilya Petrenko: He ordered the device from China and attached it to his cow because it strayed away from the herd.
В.Путин: А это запрещено? Надо платить за это, а он не платил? Vladimir Putin: Is this prohibited? This has to be paid for and he failed to pay, right?
И.Петренко: Есть статья, по которой можно привлечь человека к уголовной ответственности. Ilya Petrenko: There is a statute under which criminal charges can be brought against a person.
В.Путин: Я даже не знаю, что есть такая статья. Обязательно посмотрю в отношении и статьи в целом, и этих конкретных людей, о которых Вы сказали, по поводу того, что нельзя прикрепить к корове. Я первый раз слышу. Котам, я знаю, даже привинчивают GPS и ГЛОНАСС, чтобы кот не потерялся. Я не понимаю, в чём проблема, связанная с коровой. Или он должен платить, а не платит, сделал это как-то подпольно. Наверное, это нужно как-то отрегулировать, я постараюсь это сделать. Vladimir Putin: I do not even know that such an article exists. I will, by all means, take a look at the statute and the cases involving the persons you have mentioned, on what cannot be attached to a cow. This is the first time I am hearing about this. I know that GPS and GLONASS devices are attached to cats to prevent a cat from getting lost. I do not see why this should be a problem with a cow. Or else there is something he has to pay but has not done so, or he could have gone about it in a somewhat illegal fashion. This needs to be settled in some way, I will try to.
Что касается первой части, мы с господином Трампом друг к другу обращаемся по именам, поэтому я не знаю, если бы было «ты» или «Вы», мы перешли бы на «ты» или нет. Скорее всего, да. Потому что мы с ним хоть и мало очень знакомы, буквально встречались мельком два раза, по сути дела, и два раза, по-моему, только по телефону разговаривали, но в целом рабочий контакт должен быть между людьми, которые занимаются тем видом деятельности, которая поручена нам нашими избирателями. Надеюсь, что постепенно и у него тоже будут возможности для налаживания контактов с Россией в целом создаваться, и он в этой части тоже пойдёт по пути своих предвыборных обещаний и намерений. As for the first part, Mr Trump and I are on a first-name basis but I do not know if that means we would use the informal ‘you’. Most likely, we would. Because even though do we not know each other very well – we met in passing only twice, and I believe we spoke on the telephone twice – generally speaking, people who do what our voters have entrusted us to do should have a good working relationship. I hope that step by step, he will also have an opportunity to establish contacts with Russia as a whole, and in doing so he will also keep his election pledges and follow his intentions.
Вопрос: Спасибо большое Вам. Question: Thank you very much.
Я очень короткий задам вопрос. Хочу, чтобы Вы сказали несколько слов по поводу отношения России к Иракскому Курдистану на данном этапе. И также как Россия намерена поддерживать отношения с Иракским Курдистаном? I have a very brief question. I would like you to say a few words regarding Russia’s attitude toward Iraqi Kurdistan at this stage. Also, how Russia intends to maintain relations with Iraqi Kurdistan.
Спасибо большое Вам. Thank you very much.
В.Путин: Смотрите, что у вас произошло? У вас был проведён референдум о независимости. Потом руководитель Курдистана заявил о том, что имплементация этого решения, принятого на референдуме, должна быть отложена. Это же не наше решение. Это всё ваше решение. Потом он ушёл в отставку, а решение о том, что имплементация должна быть отложена, действует. Как мы должны к этому относиться? Мы должны относиться к этому таким образом, что всё должно происходить без всяких резких проявлений и в рамках действующего закона, с уважением к территориальной целостности Ирака, поскольку и само руководство Курдистана поступило именно таким образом. Как же иначе? Vladimir Putin: Look, what has happened in your case? You had an independence referendum. Then the leader of Kurdistan announced that the implementation of the decision made at the referendum should be postponed. This was not our decision, either. It is your decision. Then he resigned but the decision that implementation should be put on hold is still in effect. How should we respond to this? Our response should be that everything should proceed without any abrupt moves and within the bounds of existing law, with due respect for Iraq’s territorial integrity, since Kurdistan’s leadership has acted in the same way. What other options are there?
Наши компании, в том числе компания «Роснефть», работают в Ираке и Иракском Курдистане в частности. Мы считаем, что это сотрудничество пойдёт на пользу как Ираку в целом, Иракскому Курдистану в частности, так и российской экономике. Вообще, у нас и с Курдистаном, и с курдами (в целом я имею в виду) традиционно исторически очень добрые, доверительные отношения. Я понимаю всю сложность этого вопроса в регионе, всё многообразие этой сложности. Но, учитывая все эти тонкие моменты, мы исходим из того, что нам ничего не мешает с курдским народом развивать отношения. Будем это делать. Our companies, including Rosneft, are working in Iraq and in particular, in Iraqi Kurdistan. We believe that cooperation will benefit Iraq as a whole, Iraqi Kurdistan and the Russian economy. Generally, by tradition, we have very good, trust-based relations with both Kurdistan and the Kurds (I mean overall). I am aware of the entire complexity of this issue in the region, as well as of the wide-ranging nature of this complexity. However, taking all these delicate aspects into account, we act on the assumption that there is nothing to prevent us from developing our relations with the Kurdish people. This is what we will be doing.
Н.Менщикова: Владимир Владимирович, меня зовут Наталья Менщикова, «Телевидение Нижневартовского района». Это Югра, столица Самотлора, нефтяной край. Natalya Menshchikova: Mr President, my name is Natalya Menshchikova. Nizhnevartovsk District Television. This is Yugra, the capital of Samotlor, the oil region.
В.Путин: Да. Vladimir Putin: Yes.
Н.Менщикова: Вы сегодня много говорили (я немного изменю вопрос) о том, как объединить нацию. Нам нужно объединение, нам нужна идея. В Нижневартовский район приехали в 60-х годах люди более 100 различных национальностей, разных вероисповеданий. Одна общая идея – добыть нефть для страны. Большая задача объединила людей. Север покорился. Может быть, изучить сегодня этот опыт? Историю не вернёшь, но можно попробовать большим делом, значимым делом объединить всех нас. Обществу сегодня нужна консолидация. Это объективно. Natalya Menshchikova: You spoke much today (I will change my question a bit) on how to unite the nation. We need unity, need an idea. In the 1960s, people of more than 100 various nationalities, various religions, came to Nizhnevartovsk District. They had a common idea – to produce oil for the country. A big goal united people. And the north yielded to them. Perhaps, we should study this experience today. History cannot be repeated, but it is possible to try to consolidate us all by a great, significant cause. Our modern society needs consolidation. This is an objective reality.
И в продолжение темы в 2018 году… And back to the theme, in 2018…
В.Путин: Это вопрос про нефть, обращаю внимание. Вы хитрая какая. Vladimir Putin: Mind you, this is supposed to be a question about oil. That’s very devious of you!
Н.Менщикова: Поменялось как-то всё. Все сегодня хитрят. А я что? Natalya Menshchikova: Everything has turned around. Everyone is being devious today. So, why should not I?
В.Путин: Понятно. Vladimir Putin: I see.
Н.Менщикова: В 2018 году Нижневартовскому району исполняется 90 лет. Там живут люди, совершившие героический подвиг – добыли нефть. Может быть, рассмотреть в качестве объединения вопрос поощрения героев, нефтяников-первопроходцев? Natalya Menshchikova: In 2018, Nizhnevartovsk District will mark its 90th anniversary. Its residents are people who committed a heroic feat – produced oil. Perhaps, we should consider encouraging our heroes, pioneers of oil extraction, as a consolidating idea.
В.Путин: Вы правы. Vladimir Putin: You are right.
Н.Менщикова: Район трудовой славы. А почему нет? А другим регионам, которым тоже есть чем гордиться, присвоить другой какой-то статус (и людям, и муниципалитетам). Natalya Menshchikova: A district of labour glory. Why not? And other regions that also have something to be proud of can be granted some other status (both individuals and municipalities).
И последнее. Нефтяники-ветераны попросили автограф от Вас в честь 90-летия Нижневартовского района. И два-три слова в качестве пожеланий. And the last thing. Veteran oil workers are hoping to receive your autograph on the occasion of the 90th anniversary of Nizhnevartovsk District. And a couple of warm wishes.
В.Путин: А на чём я напишу? На столе напишу? Vladimir Putin: And where do you expect me to write this? On the table?
Н.Менщикова: А там листочки. Может быть, как-нибудь на них. Natalya Menshchikova: There are sheets of paper over there. Perhaps, you can use them.
Пожалуйста, Владимир Владимирович. Please, Mr President.
В.Путин: Вы знаете, как мы сейчас сделаем. И по этому вопросу договоримся. Дмитрий Сергеевич здесь. Я это сделаю обязательно. Напишу. Вы потом встретитесь, и он Вам передаст. Хорошо? Vladimir Putin: You know, let’s do it this way. We will arrange this matter. Mr Peskov is here. I will do it by all means. I will write. And later, you will meet with him and he will pass it on to you. Agreed?
Большая пресс-конференция Владимира Путина. / Vladimir Putin’s annual news conference.
Я сейчас отвечу на Ваш вопрос. И в продолжение по нефти. I am now going to answer your question. Back the oil theme.
Дайте, пожалуйста, микрофон. Pass the microphone, please.
Д.Песков: Вам подержат микрофон. Представьтесь, пожалуйста. Dmitry Peskov: You have the floor. Please, introduce yourself.
М.Папченкова: Я, собственно, про Самотлор. Я Вас обманывать не буду никогда. Спасибо Вам, что Вы предоставили льготу по обводнённым месторождениям, но предоставили её почему-то только Самотлору, хотя просили многие компании. Известно, что даже не только Самотлору, а многим маленьким обводнённым месторождениям нужна эта льгота. Тут какой-то избирательный подход сыграл, и все мы знаем имя этому избирательному подходу – это Игорь Иванович Сечин, который одновременно судится с «Системой». Эти суды и иски наносят вред инвестклимату. Поэтому у меня такой вопрос. Margarita Papchenkova: This is about Samotlor, in fact. I will never deceive you. Thank you for granting an exemption on watered fields, but it was somehow granted only to Samotlor, although many companies applied for it. It is well-known that not just Samotlor, but many small watered deposits need this exemption. Some selective approach prevailed here, and we all know its name – Igor Sechin, who is simultaneously engaged in a lawsuit with Sistema. These legal proceedings are damaging to the investment climate. That is why I have this question.
В.Путин: Не волнуйтесь, я никуда не убегаю. Vladimir Putin: Do not worry. I am not going to run away.
М.Папченкова: Я просто боюсь отнимать время у всех. У меня два вопроса. Вот этот избирательный подход, который у нас есть везде: кто первый добежал, кто самый влиятельный, кто самый сильный, кто Вас знает давно, тому всё, тот выигрывает, у тех проекты развиваются, а все остальные ничего не получают. Он такой очень личный, понимаете, вопрос. M. Papchenkova: I am just concerned about cutting into everybody’s time. Here is the selective approach that is used everywhere: The one who comes first, is the most influential and the strongest and who has known you for a long time; that person takes it all, gets to develop all the projects, but everyone else gets nothing. You see, this is such a personal question.
Д.Песков: Вопрос, пожалуйста. Dmitry Peskov: Your question please.
В.Путин: Это говорят представители… Vladimir Putin: This is what the representatives say…
М.Папченкова: Считаете ли Вы, что есть такая проблема? Или Вы считаете, что всё очень справедливо и Самотлору только дали льготу по обводнённым месторождениям. M. Papchenkova: Do you think such a problem exists? Or do you think everything is absolutely fair and Samotlor has only been granted an exemption on the flooded fields?
В.Путин: Это считают нефтяники, что им ничего не достаётся. Vladimir Putin: Is it the oil producers who think they get nothing?
М.Папченкова: Не только они, это считают все. M. Papchenkova: Not just them – everybody thinks so.
В.Путин: Ладно. Вот смотрите, садитесь, пожалуйста. Vladimir Putin: Okay. Look – please take your seat.
Смотрите, имя вообще этому решению не Сечин, а Новак Александр Валентинович, потому что такие решения принимаются не с потолка, они принимаются после обсуждения в Правительстве и анализа рентабельности тех или иных скважин. Министерство энергетики готовит эти решения. Да, я их подписываю, но Минэкономразвития и Минэнерго готовят эти решения. Они готовятся на основе объективных данных по обводнённости, по рентабельности. Вот из чего исходят. Look, as a matter of fact, this decision is not called Sechin, it is Aleksandr Novak, because these kinds of decisions are not plucked out of thin air – they are made after a discussion in the Government and a feasibility study on specific oil wells. The Energy Ministry prepares these decisions. They are based on objective data with regard to water encroachment, profitability, etc. This is what they proceed from.
Может быть, я не берусь сказать, может быть, Вы и правы и другие, наверное, но нужно доказать тогда и в Министерстве. Даже нет необходимости идти в Администрацию. Там у нас есть экономическое управление, Андрей Рэмович его возглавляет, и оно эффективное, там очень профессиональные люди работают, и мы стараемся это проконтролировать. Но не с точки зрения кому недодали, а с точки зрения дают ли справедливо тем, кому предлагает Правительство это сделать. Maybe, I am not sure, maybe both you and the others are right, but then this needs to be substantiated at the Ministry as well. There is no need to go to the Administration. We have an economic directorate there, which is headed by Andrei [Belousov], and it is efficient; very professional people work there, and we try to oversee this. However, not in terms of who has not been given enough, but in terms of whether those that the Government believes should get something, get a fair deal.
Большая пресс-конференция Владимира Путина. / Vladimir Putin’s annual news conference.
Что касается Самотлора и «Роснефти», Администрация считает, что это справедливое предложение. А другие должны проработать этот вопрос предварительно в Правительстве, в Министерстве энергетики и в Минэкономразвития. Хорошо? И мы готовы это поддержать, пожалуйста. With regard to Samotlor and Rosneft, the Administration believes that this is a fair proposal. As for others, they should look into this matter with the Government, the Energy Ministry and the Economic Development Ministry. Okay? We are willing to support this.
Давайте Афганистан, я обещал. Afghanistan, I promised.
Вопрос: Не так давно между Вами и Дональдом Трампом состоялся телефонный разговор, в котором Вы обсудили положение дел в Афганистане, включая рост террористической и наркотической угроз. В связи с этим хотелось бы узнать, как Вы оцениваете перспективы взаимодействия с США в противостоянии этим угрозам в Афганистане? Спасибо. Question: Not long ago, you had a telephone conversation with Donald Trump in the course of which you discussed the situation in Afghanistan, including the growing terrorist and drug-trafficking threats. In this context, I would like know how you assess the prospects for cooperation with the United States in meeting these challenges in Afghanistan. Thank you.
В.Путин: Это одно из направлений работы, где мы могли бы, действительно, объединять наши усилия вместе с Соединёнными Штатами. И если бы мы добились этой совместной работы, то эти усилия действительно могли бы быть более эффективными. Vladimir Putin: This is one area of work where we could really join efforts with the United States. If we could work together here, these efforts could really be more effective.
Мы видим угрозу, нарастающую в Афганистане со стороны международных террористов, мы видим, что радикальные вооружённые формирования занимают всё больше и больше участков границы Афганистана на севере, с бывшими республиками Советского Союза. Это касается Таджикистана, Узбекистана, Туркменистана. Безусловно, у нас вызывает это большую озабоченность, имея в виду в том числе и наличие российской 201-й военной базы в Таджикистане и авиационной базы в Кыргызстане. Мы внимательно следим за этими процессами. Мы видим, что центральное правительство в Кабуле нуждается в поддержке международного сообщества, и мы готовы эту поддержку оказывать, так же как и в предыдущие годы. В том числе при подготовке национальных кадров правоохранительных органов, вооружённых сил, поставляя необходимые системы вооружения и военной техники. We see the growing threat in Afghanistan from international terrorists and we see that radical armed groups are taking control over more and more sections of the Afghan border in the north, bordering former Soviet republics. This applies to Tajikistan, Uzbekistan and Turkmenistan. Naturally, we are greatly concerned by this, considering, among other things, the presence of Russia’s 201st Military Base in Tajikistan and an airbase in Kyrgyzstan. We are closely watching these developments. We see that the central government in Kabul needs support from the international community and we are ready to provide this support, as we did in previous years, including training national law enforcement and military personnel and supplying essential weapon systems and military equipment.
Без экономической поддержки Афганистан тоже вряд ли решит все имеющиеся у него проблемы, в том числе и по борьбе с наркотиками, производством наркотиков. Как вы знаете, к сожалению, надо сказать, территория Афганистана – это территория, где больше всего в мире наркотиков производится, в том числе тяжёлых. Часть из них поступает и на российский рынок, нас это не может не беспокоить. И мы вместе с афганским правительством, вместе с Соединёнными Штатами, другими заинтересованными правительствами готовы вместе работать над преодолением всех этих трудностей. Without economic aid, Afghanistan is unlikely to resolve all its problems, including combating drugs, drug production. As you know, unfortunately, it has to be said that Afghanistan is the world’s biggest producer of drugs, including hard drugs. Some of them get to the Russian market and this is definitely a cause for concern. Together with the Afghan government and the United States, as well as other governments concerned, we are ready to work to meet these challenges.

“Мы видим угрозу со стороны международных террористов, нарастающую в Афганистане. Без экономической поддержки Афганистан вряд ли решит имеющиеся у него проблемы, в том числе и по борьбе с наркотиками. Мы вместе с афганским правительством, вместе с Соединёнными Штатами, другими заинтересованными правительствами готовы работать над преодолением всех этих трудностей.”

Давайте по детям, вот здесь. Let’s have a question about children, over there.
Д.Песков: Кто был по детям с этого фланга? Dmitry Peskov: Who had a question on children from this flank?
В.Путин: «Спасите детей», давайте. Vladimir Putin: “Save the Children”, go ahead.
С.Чесноков: Представлюсь: Сергей Чесноков, информационное агентство «Иван-Чай». Sergei Chesnokov: Let me introduce myself. Sergei Chesnokov, the Ivan-Chai news agency.
Мне очень интересно, Владимир Владимирович, знаете ли Вы о том, что совсем недавно в Вашу Администрацию был принесён один миллион подписей в защиту детей до рождения. I was wondering, Mr President, if you are aware that 1 million signatures were recently brought to your Executive Office in defence of children before birth.
В.Путин: Детей до рождения? Vladimir Putin: Children before birth?
С.Чесноков: До рождения. Потому что есть у нас дискриминация по признаку возраста, что дети до рождения не защищены законом. Но вопрос у меня не об этом, мне это очень интересно, но вопрос у меня о другом. Вопрос о том, что движение «За жизнь», которое собрало этот миллион подписей граждан Российской Федерации по всем регионам, как здесь все регионы представлены… Sergei Chesnokov: Before birth. Because we have discrimination on grounds of age: children before birth are not protected by law. However, this is not what my question is about. I find this interesting but my question is different. The question is that the Pro Life movement, which has collected 1 million signatures of Russian citizens in all regions, since all regions are represented here…
В.Путин: Имеется в виду запрет абортов? Vladimir Putin: Is this about banning abortions?
С.Чесноков: Да. И это движение оказывает помощь беременным женщинам. Мы спросили у них и посчитали, сколько стоимость жизни ребёнка в России. Оказалась страшная цифра, что стоимость жизни ребёнка от семи примерно до двадцати тысяч рублей в зависимости от региона, то есть это стоимость спасения жизни ребёнка, если оказывать помощь матерям. Sergei Chesnokov: Yes, it is. This movement provides assistance to pregnant women. We asked them and estimated the cost of a child’s life in Russia. The figure is shocking: the cost of a child’s life is between 7,000 and 20,000 rubles depending on the region – that is, the cost of saving a child’s life, if mothers get help.
Ваша замечательная инициатива – ежемесячное пособие 10 тысяч ежемесячно, а здесь одноразово, то есть это значительно дешевле, это такая стоимость жизни. И у меня вопрос: будет ли со стороны государства помощь таким некоммерческим организациям, потому что в это движение «За жизнь» входят более 300 некоммерческих организаций со всей России – 69 регионов, и около 400 городов России, малых городов. Будет ли государство как‑то поддерживать эту работу некоммерческого сектора? Your wonderful initiative is to pay 10,000 every month, but here we have a one-time payment, which is significantly cheaper, it is the cost of life. So I have a question: will the state help such a non-profit organisation, because this movement, “For Life,” includes more than 300 non-profit organisations from all over Russia: 69 regions and about 400 cities and towns? Will the state support this work by the non-profit sector in any way?
В.Путин: Чтобы времени не терять, я постараюсь более-менее развёрнуто ответить. Я благодарен Вам за этот вопрос, значит, не случайно я взял с собой эти бумаги, специально их взял с собой. Я считаю, что это очень важно, говорил уже об этом на совещании в Кремле, хочу здесь ещё раз повторить слово в слово то, что было сказано. Vladimir Putin: I will try to answer in as much detail as I can, without losing too much time. I thank you for this question, it means that it is a good thing I brought my notes. I believe it is very important, I have already spoken about it at a meeting in the Kremlin, but I would like to repeat what I have said word for word.
Во-первых, то, что касается запрещения абортов. Вы знаете, в современном мире всё‑таки в подавляющем большинстве стран эти решения всё‑таки оставляются за самой женщиной. First of all, about prohibiting abortion. You know, most countries leave it to the woman to decide in the modern world.
Большая пресс-конференция Владимира Путина. / Vladimir Putin’s annual news conference.
Почему? Потому что есть большие опасения, что в случае тотального запрещения у нас махровым цветом будут расти криминальные аборты. У нас сейчас с Вами не дискуссия, у нас вопрос и ответ. Но я готов с Вами подискутировать, можете не сомневаться в этом. Но практика многих других стран показывает, что женщины уезжают делать аборты за границу, расцветают пышным цветом подпольные аборты и так далее, наносится колоссальный ущерб женскому здоровью и возможности иметь детей в будущем, резко повышается смертность и так далее. Why? Because there is a danger that if we prohibit it, the number of illegal abortions will go through the roof. This is not a discussion, it is a Q&A, but I am prepared to discuss it with you, have no doubt. But the experience of many other countries shows us that women go abroad to get abortions, there is a huge spike in back alley abortions and so on; the health of women is also greatly harmed, as well as their ability to bear children in the future, the mortality rate increases sharply and so on.
Поэтому здесь нужно быть очень аккуратным, взвешенным, исходить из общего настроения в обществе и из морально-этических норм, которые в обществе сложились. Ничего нельзя ломать через колено, понимаете? That is why we have to act in a careful and balanced way here, taking into account the general mood in society as well as the values this society holds. We should not act impulsively; you see what I mean?
То, что вы делаете с точки зрения поддержки беременных женщин, которые принимают решение, оставить ребёнка или нет, – это абсолютно точно правильно. В этом смысле надо только понять эти направления поддержки таких организаций, в том числе и вашей. Я готов сделать всё, для того чтобы в этой части вашей работы вас, безусловно, поддержать. What you do in terms of supporting pregnant women who are making this decision to have a child or not – this is absolutely the right thing to do. So we need to understand how to support such organisations, yours included. I am ready to do everything to support you, of course, in this area of your work.
Что касается поддержки института семьи, детства, материнства, я просто сейчас повторяю: специально ждал примерно такого вопроса и воспользуюсь им, для того чтобы ещё раз сказать о том, что предлагается для поддержки демографии. As for supporting the institution of the family, childhood and motherhood, I will now repeat: I specifically waited for this question and I will use it to once again say what is proposed to support demographics.
Первое, введение ежемесячной денежной выплаты в связи с рождением первого ребёнка до достижения им полутора лет в размере прожиточного минимума ребёнка, которая будет выплачиваться семьям со среднедушевым доходом ниже полуторакратного прожиточного минимума трудоспособного населения. Что это значит? В 2018 году это значит 10523 рубля, в 2019‑м – 10836 рублей, в 2020 году – 11143 рубля. First, families will be entitled to a monthly child benefit from the birth of their first child until the age of 18 months, in the amount of the child’s minimum subsistence, which will be paid to families with an average per capita income below 150% of the minimum subsistence level for employable population. What does this mean? In 2018, this would be 10,523 rubles, in 2019, 10,836 rubles, and in 2020, 11,143 rubles.
Второе, продление программы материнского капитала и расширение возможностей для его использования, а именно и самое главное – эти средства материнского капитала можно будет получать и тратить в виде ежемесячной денежной выплаты в связи с рождением второго ребенка до достижения им полутора лет и использования для оплаты услуг в сфере дошкольного образования уже с двухмесячного возраста ребёнка. Делается для чего? Для того чтобы женщина могла как можно быстрее выйти на работу, не терять свою квалификацию. Second, we will extend the maternity capital programme and expand the opportunities for its use, namely, and most importantly, maternity capital can now be cashed and spent in the form of a monthly cash payment from the birth of a second child until the age of 18 months, and used to pay for preschool education from the age of two months. Why are we doing this? To enable women to return to work as quickly as possible, and not lose her professional skills.
Третье, у нас, вы знаете, 50 регионов, субъектов Российской Федерации, где люди получают ежемесячные денежные выплаты на третьих и последующих детей до трёх лет. Мы увеличиваем в результате перераспределения внутри системы различных норм с 50 до 60 количество этих регионов. Third, as you know, in 50 regions of the Russian Federation, people receive monthly child benefits for their third and subsequent children until children are three years old. We will increase the number of these regions from 50 to 60 through redistribution within the system of norms.
И, четвёртое, вводится субсидирование процентной ставки по ипотечным кредитам. Сегодня она сколько у нас? Около десяти процентов, а всё, что свыше шести процентов, будет субсидироваться государством. И эта норма будет введена с 1 января 2018 года по 31 декабря 2022 года. Сроки субсидирования при рождении второго ребёнка – три года с выдачей кредита, третьего – пять лет. По нашим оценкам, это в ближайшие годы охватит 500 тысяч российских семей. Fourth, we will subsidise the interest rate on mortgage loans. What is the rate now? About ten percent, and anything over six percent will be subsidised by the state. This norm will be introduced from January 1, 2018 through December 31, 2022. After the birth of the second child, the mortgage interest will be subsidised for three years from the date the loan is issued, and in the case of the third child, for five years. According to our estimates, this will cover 500,000 Russian families in the coming years.
И, пятое, программа по созданию дополнительных мест в яслях для детей в возрасте от двух месяцев до трёх лет. Цель – в 2018–2019 годах обеспечить стопроцентную доступность дошкольного образования по этой категории. В планах создать более 326 тысяч ясельных мест, тоже как цель, для того чтобы и поддержать семьи с незначительными доходами и для того чтобы улучшить демографические показатели. Fifth, the programme to create additional places at nurseries for children from two months to three years of age. Our goal is to ensure 100% availability of preschool education for these children by 2018–2019. Plans call for enrolling more than 326,000 children additionally to support low-income families and to improve the demographics.
Д.Песков: Владимир Владимирович, мы три с половиной часа в эфире… Dmitry Peskov: Mr President, we’ve been on air for three and a half hours…
Большая пресс-конференция Владимира Путина. / Vladimir Putin’s annual news conference.
В.Путин: «Спасите детей», я обещал. Дайте микрофон, пожалуйста. Написано: «Спасите детей». Vladimir Putin: “Save the children,” I promised them. Please, give her the microphone. It says, “Save the children.”
З.Атаева: Залина Атаева, телеканал «Грозный». Zalina Atayeva: Zalina Atayeva, Grozny TV.
В первую очередь, Владимир Владимирович, хочу выразить Вам благодарность от родных наших соотечественников, которые освобождены из зон конфликтов по Вашему поручению. Соответственно, и вопрос на эту тему. Mr President, first I would like to thank you on behalf of the relatives of our compatriots, who have been released from conflict zones on your instructions. Hence, my question.
Как Вы уже ранее говорили, главой Чеченской Республики Рамзаном Ахматовичем Кадыровым проводится эта огромная работа по Вашему поручению. Вызволено уже порядка 100 человек, среди них граждане России и граждане Казахстана. As you said earlier, Head of the Chechen Republic Ramzan Kadyrov is carrying out this huge amount of work on your instructions. The release of some 100 people, including Russian and Kazakhstani nationals, has already been secured.
В последнее время появляются такие «эксперты», которые говорят, что этого не следует делать. Хотелось бы узнать Вашу позицию на этот счёт. Может, стоит дать шанс детям и их матерям к нормальной жизни вернуться? И вообще, насколько важна эта работа для нашей страны? There are some experts, though, who have been warning against doing this. What is your position on this issue? Should children and their mothers be given the chance to return to a normal life? Generally, how important is this for our country?
Спасибо. Thank you.
В.Путин: Эта работа правильная, она важна, и никаких сомнений здесь быть не может. То, что Кадыров делает, это очень благородное и верное дело. Vladimir Putin: This is the right thing to do, this is very important, no doubt about it. What Kadyrov is doing is a very noble thing and the right thing.
Дети, когда их вывозили в зоны конфликтов, не принимали решения о том, чтоб туда уехать. И мы не можем, не имеем права их там бросить. Так что Рамзан всё правильно делает и пусть продолжает. Мы будем ему помогать. The children who were taken to conflict zones did not make the decision to go there. We cannot, we have no right to leave them there. Ramzan is doing the right thing and should continue doing it. We will be supporting him.
Давайте, Владивосток. Let us move on to Vladivostok.
С.Мильвит: Здравствуйте, уважаемый Владимир Владимирович. Sergei Milvit: Mr President,
Сергей Мильвит, «ПримаМедиа», Владивосток. Sergei Milvit, PrimaMedia, Vladivostok.
Мы все Вас уважаем и любим. Во Владивосток Вы часто приезжаете. Это Ваш любимый город. Это понятно. Это мы прекрасно знаем. We all have respect for you and we like you. You often come to Vladivostok. It is a favourite city of yours. It is clear. We know this only too well.
Я буду краток. У нас заканчивается Год экологии. И хотелось бы, Владимир Владимирович, обратить внимание на то, что во Владивостоке он и не начинался. Вырубка скверов, незаконная добыча скального грунта, загрязнение морского побережья, вырубка лесных массивов – это всё присутствует. Но самое главное – у нас сейчас детские лагеря в пригороде отдаются в частные руки. И их половина уже в частных руках. I will speak briefly. The Year of the Environment is almost over. Mr President, I want to draw your attention to the fact that it never began in Vladivostok, what with trees being cut down in public gardens, minerals illegally mined, the seacoast polluted and forests cut down. Most importantly, children’s camps in the city’s suburbs are being transferred to private ownership. Half of them have already been privatised.
В чём мой вопрос? So, my question is:
Уважаемый Владимир Владимирович, хотелось бы с Вашей подачи попросить Вас оказать содействие в сохранении тех самых 19 788 гектаров, которые они сейчас не решаются сохранять уже много лет. Mr President, I would like to ask you to help preserve the 19,788 hectares of land that they have failed to preserve for many years now.
В.Путин: А что это за гектары? Vladimir Putin: What hectares you are talking about?
С.Мильвит: Это лесозащитная зона, то есть пригородная зона. Это охранная зона Сахарный Ключ, территория Садгорода. Во Владивостоке новый генеральный план. Его планируют утвердить. И такая ситуация: мы приезжаем на территорию Садгорода (а я ещё занимаюсь общественной деятельностью), а там весь лес и краснокнижные деревья закрыты заборами. Понимаете? И там сейчас планируется строительство коттеджей. Но смотрите. Коттеджи уже построены. Вырублены краснокнижные деревья. А сейчас они хотят узаконить, меняя зоны с рекреационной на зону «Ж». Понимаете, что творится? Мы просим Вас оказать содействие в сохранении этих лесных зон и четырёхсот зон городских скверов, которые тоже обещали сохранить. Sergei Milvit: This is a forest belt around the city. This is the Sakharny Klyuch conservation area, Sadgorod territory. There is a new urban development plan for Vladivostok. It is to be approved. The situation is as follows: we arrive at Sadgorod, as I am also involved in public activism, to find that the entire forest and Red Book tree species are fenced off. Do you see? There are plans to build country homes there. But look, the country homes have already been built there and Red Book tree species have been cut down and now they want to legalise this by revoking the area’s status as a recreation zone. Do you understand what is going on? We ask you to help us preserve these forests and 400 public gardens in the city, which they also promised to protect.
И ещё большая проблема в микрорайоне Снеговая Падь. Там живут одни военные. And there is another big problem in the Snegovaya Pad. Only military servicemen live there.
В.Путин: Я знаю. Я там был. Vladimir Putin: I know. I have been there.
С.Мильвит: Тридцать тысяч детей. Владимир Владимирович, три района, 30 тысяч детей. Они задыхаются. У нас мусоросжигательный завод никак проблему решить не может. Фильтры поставили, да, из Норвегии или откуда они привезли, поставили, но это дым. Понимаете, у нас люди задыхаются, честное слово. Sergei Milvit: Thirty thousand children. Mr President, three districts, 30,000 children. They are suffocating. Our waste incineration plant is not equipped to deal with the problem. They installed filters, yes; they brought them from Norway or wherever, and they installed them, but there is smoke. You see, our people are suffocating, really.
Ребята, извините, коллеги, всё, последняя просьба. Посодействуйте, пожалуйста, в этом вопросе, Владимир Владимирович, о постановке 19 788 гектаров, решение вопроса с мусоросжигательным заводом, микрорайона Снеговая Падь в целом и, самое главное, для детей уже пять лет не могут построить спорткомплекс, его просто заморозили. Excuse me, colleagues, that is it, the last request. Please help us, Mr President, with these 19,788 hectares, and to deal with the incineration plant, the Snegovaya Pad neighbourhood in general, but most importantly, they have failed to build a sports facility for children over the past five years; they have simply put it on hold.
Я являюсь президентом Фонда развития города Владивостока «Горожанин и гражданин». Я прошу Вас оказать нам помощь, конечно, в этих вопросах. Гражданское общество этим занимается уже много лет и не может решить эту проблему. Спасибо большое. I am president of City Resident and Citizen, the Vladivostok City Development Foundation. I am asking you to help us deal with these problems. Civil society has been working on this for many years and has been unable to solve the problems. Thank you very much.
В.Путин: (Шум в зале.) Секундочку. Послушайте, коллега же задал вопрос. Я же должен ответить ему, правда. Пожалуйста, я вас прошу. Vladimir Putin (Noise in the audience): Hold on. Listen, our colleague has asked a question. I have to respond to it, really. Please, I am asking you.
Я Вам как президент президенту хочу сказать следующее. (Смех.) As President to president I would like to tell you the following. (Laughter.)
Во-первых, программа «Дальневосточный гектар» в принципе развивается неплохо. Уже около 110 тысяч заявок, 33 тысячи заключено договоров по этим вопросам. Есть идея даже соотечественникам, проживающим за рубежом, тоже дать такую возможность – приобретать дальневосточный гектар. Первое. First, generally, the Far Eastern Hectare programme is working quite well. There are already about 110,000 applications; 33,000 contracts have been signed. There is a proposal to give this opportunity – to acquire a hectare of land in the Far East – even to our fellow citizens living abroad.
Второе. Мы разрешили приобретать этот гектар не только дальневосточникам, но и людям, проживающим в других регионах Российской Федерации. И мы будем дальше эту программу развивать. Владивосток действительно сделал невероятный скачок в своём развитии за последние, не знаю, 7 лет или 10 лет, просто невероятный. Это другой город. Second, we have allowed not only Far Eastern residents but also people living in other parts of Russia to acquire this hectare. And we will continue to develop this programme. Vladivostok has really made great headway in its development over the past seven or 10 years, simply amazing. It is a different city.
Большая пресс-конференция Владимира Путина. / Vladimir Putin’s annual news conference.
Конечно, этого тоже недостаточно. Это мы будем дальше развивать. Когда я говорю о невероятном скачке, я имею в виду и новый аэропорт, и новые дороги, и Дальневосточный университет на острове Русский, и два шикарных моста, о которых россияне-дальневосточники мечтали ещё 100 лет тому назад, а мы это сейчас всё построили. Один из мостов появился даже (или два) на купюрах денежных у нас. Of course, this is not enough. We will continue to develop [it]. When I talk about amazing progress I also mean the new airport, the new road, Far Eastern University on Russky Island and the two great bridges that residents in the Russian Far East dreamed about for as long as 100 years ago. And now we have built all of this. One of the bridges (or two) has even appeared on our banknotes.
Что касается той проблемы, о которой Вы упомянули, она действительно, судя по всему, имеет место, она существует, потому что под видом реализации этого проекта выдаются земли, которые входят в лесной фонд, и выдаются земли, которые вообще входят в особо защищённые экологические зоны. Это абсолютно недопустимо, и с этим точно совершенно надо разобраться. As for the problem you have mentioned, from all indications, it does exist because under the guise of carrying out this project, land plots are provided that are part of the forest stock, and the land plots that are provided are actually part of the specially protected environmental zones. This is absolutely unacceptable and must definitely be dealt with.
Владивосток далеко находится от столицы, но, как у нас всегда в России говорили, «до господа высоко, до царя далеко». И там есть проблема, которую пока не удалось решить. Не хочется говорить об этом, но вынужден, это такая, достаточно глубокая, криминализация региона. Это касается и рыбы, это касается и леса, это касается других направлений экономической деятельности. Но постепенно, постепенно мы будем приводить там всё в чувство и в соответствующий порядок, необходимый для нормальной жизни людей. Vladivostok is far away from the capital but, as they have always said in Russia, “it is too high to the Lord and too far to the Tsar.” There is a problem there that has not been solved yet. I hate to have to say this, but I have to: The region is deeply criminalised. This applies to fishing, forests and other areas of economic activity. However, step by step, we will fix these problems and enforce order, which is necessary for people to live a normal life.
Посмотрю обязательно на Снеговую Падь, на этот завод, я первый раз об этом слышу. Но надо разобраться. И по поводу спорткомплекса, хорошо? I will look into Snegovaya Pad and this plant without fail. This is the first time I have heard this. However, things need to be sorted out. The same goes for the sports centre, okay?
Давайте Казахстан. Right, Kazakhstan.
А.Куртмулаев: Здравствуйте, Владимир Владимирович. Меня зовут Айдер. Я главный редактор журнала «Партнёр ЕАЭС». Владимир Владимирович, Вы буквально недавно в ходе конференции похвалили: ЕАЭС развивается, хорошие показатели. Aider Kurtmulayev: Good afternoon, Mr President. My name is Aider. I am the editor-in-chief of the Parntyor EAES [EAEU Partner] journal. Mr President, not so long ago, during the conference, you spoke highly of the EAEU’s development pace and its indicators.
Вы знаете, я буквально на днях брал интервью у руководителя аналитического исследовательского института и хочу сказать, не так всё хорошо за последнее время, как, видимо, до Вас довели. Немного это поскромнее, немного это приземлено, и могу сказать примерно, почему. В крупных компаниях – да, там государственные проекты, всё, а малый, средний бизнес, к сожалению, не знает о тех возможностях, которые даёт ему ЕАЭС. Он не знает, потому что нет источников, нет специальной государственной программы по поддержке, нет телеканалов, нет радиоканалов. Журнал, который я создал, к сожалению, что-то делает, но не в такой форме. Владимир Владимирович, будет какая-нибудь программа в поддержку развития ЕАЭС, или это делается специально, вопреки евросанкциям? A few days ago, I interviewed the head of a research institute and I would like to say that all is not as well as you have been led to believe lately. The situation is a little more modest, more down to earth and I believe I can say why. Large companies – yes, there are state projects there and everything, but as for small and medium-sized businesses, unfortunately, they are not aware of the opportunities provided by the EAEU. They do not know about them because there are no sources, no special state support programmes, no TV channels, no radio stations. The journal that I have founded is making a difference, but unfortunately, not in the form [that is required]. Mr President, will there be a programme to support EAEU development or is this being done deliberately, contrary to the European sanctions?
В.Путин: Нет, послушайте, к евросанкциям это не имеет вообще никакого отношения. Идея создания ЕврАзЭС и Евразийского экономического союза принадлежит Президенту Казахстана Нурсултану Абишевичу Назарбаеву, и она возникла задолго до всяких наших сложностей с другими странами в экономической сфере, задолго до всяких санкций. Это вызвано внутренней необходимостью обеспечить опережающие темпы развития экономики, социальной сферы в наших странах и желанием использовать абсолютные конкурентные преимущества, доставшиеся нам из прежних времён: общая инфраструктура, общая энергетика, возможность общаться на русском языке и так далее, и так далее. Там много возникает конкурентных преимуществ у каждой из наших стран, если мы объединяем эти усилия и возможности. Так что мы двигаемся в абсолютно точном направлении, правильном. Vladimir Putin: No, this has absolutely nothing to do with the European sanctions. The idea of establishing the Eurasian Economic Union belongs to President of Kazakhstan Nursultan Nazarbayev and it emerged long before our economic difficulties with other countries began, long before any sanctions. This is due to the domestic need to ensure advanced economic and social development in our countries and the wish to use the absolute competitive advantages that we inherited from the past: a shared infrastructure and energy system, an opportunity to communicate in Russian, and so on. Each of our countries has a lot of competitive advantages if we pool our efforts and use these opportunities. So the direction we have taken is absolutely right.
Теперь по поводу того, что до меня правильно доносят или неправильно доносят. Я Вам сказал, что совокупный рост ВВП стран Евразийского экономического союза – 1,8 процентных пункта, выше, чем в России, это объективные данные, так что это правильно до меня доносят. Первое. Now, as to whether I am correctly informed or misled. I told you that the gross GDP of the EAEU countries is 1.8 percentage points, higher than in Russia. These are objective data, so I am correctly informed. That is my first point.
Второе. Я сказал о том, что увеличилась торговля на 26 процентов внутренняя, это факт, который даёт наша общая статистика. То, о чём Вы говорите, не имеет отношения к тем данным, которые у меня есть. Вы говорите о том, что недостаточно информации у людей, которые занимаются малым и средним бизнесом. Должен Вам сказать, что Вы абсолютно правы, так оно и есть на самом деле. Но что нужно делать для того, чтобы преодолеть эти сложности, и для того, чтобы дать возможность людям шире смотреть на возможности, предоставляемые нашей взаимной интеграцией. Second, I said that trade was up 26 percent – domestic trade. This is what our joint statistics say. What you say has nothing to do with the data at my disposal. You say small and medium-sized businesses do not have sufficient information. I should tell you that you are absolutely right and that this is in fact the case. Now, what needs to be done to overcome these difficulties, and to allow people to look more broadly at the opportunities provided by our mutual integration.
Прежде всего, я уже тоже об этом сказал, нужно переходить на современные технологии, на обмен информацией, нужно, конечно, поддерживать такие средства массовой информации, как ваше. Давайте подумаем, что мы можем сделать для того, чтобы вас поддержать. У нас есть телеканал «Мир», наверное, этого недостаточно, хотя он, по-моему, работает достаточно интересно последнее время. Нам нужно создавать единые информационные технологии, одно из направлений нашей будущей совместной работы – это информационные технологии. Мы сейчас вырабатываем общие алгоритмы не только в сфере торговли нефтью, газом, не только в сфере транспорта, но и общие алгоритмы в сфере цифровых технологий – чрезвычайно важное направление. Мы со всеми моими коллегами об этом говорили, и я думаю, что в ближайшее время, в конце этого месяца, ещё раз соберёмся и поговорим на этот счёт ещё раз, неформально уже. Мы соберёмся, надеюсь, будет неформальная встреча в рамках СНГ, но и с коллегами из Евразийского экономического союза поговорим ещё об этом. Вот на этом пути мы и сможем преодолеть те сложности, о которых Вы сегодня сказали. First of all, I already said this too, we need to adopt modern technologies, to exchange information, and we certainly need to support media like yours. We will think about what we can do to support you. We have the MIR TV channel, but this is probably not enough, although I think it has been doing interesting projects lately. We need to create unified information technologies: IT is one of the areas for our future joint work. We are now developing common algorithms not only in oil and gas trade, not only in the transport sector, but also general algorithms for digital technologies – an extremely important area. I have talked with all my colleagues about this, and I think that in the near future, at the end of this month, we will once again get together and discuss this, this time informally. We will meet, I hope we will have an informal meeting within the CIS, but we will also talk with our colleagues from the Eurasian Economic Union. This is how we will overcome the difficulties you brought up today.
Д.Песков: Владимир Владимирович, Вас в 16 часов в Кремле ждут Герои России. Dmitry Peskov: Mr President, the Heroes of Russia are waiting for you at the Kremlin at 4 pm.
В.Путин: Да. Не сердитесь, пожалуйста, на меня. Я хочу вас всех поздравить с наступающим Новым годом. Надо действительно завершать. Как бы ни хотелось с вами поговорить, подискутировать, мне очень хочется, но не сердитесь. Мы ещё постараемся с вами в каких-то форматах увидеться. Vladimir Putin: Right. Please do not be angry with me. I would like to give you my greetings for the coming New Year. We really must wrap this up. No matter how much I would like to talk to you further, I really want to, but do not be angry. I will try to meet with you again in other formats.
Я вас всех поздравляю с наступающим Новым годом! Желаю всего самого лучшего! Благополучия всем вам, вашим близким, и с Рождеством, кто будет его отмечать. Happy New Year! I wish you all the best! To all of you, your families, and Merry Christmas to those who celebrate it.
Всего доброго всей нашей стране, всему корпусу журналистскому! Хочу заверить вас, что мы вас слышим. Хочу ещё раз подчеркнуть, что мы высоко оцениваем роль и значение прессы в сегодняшней российской жизни. Позвольте выразить надежду, что мы с вами будем конструктивно сотрудничать и в наступающем году. All the best to our country, and to the entire journalist corps. I want to assure you that we have heard you. I want to emphasize once again that we very much appreciate the role and importance of the press in today’s Russian life. Let me express hope that we will work constructively in the coming year.
Благодарю вас. Всего хорошего. Thank you. Good luck.

About the Author

Josh Wilson

Josh Wilson is the Assistant Director for The School of Russian and Asian Studies (SRAS) and Communications Director for Alinga Consulting Group. In those capacities, he has been managing publications and informative websites covering geopolitics, history, business, economy, and politics in Eurasia since 2003. He is based in Moscow, Russia. For SRAS, he also assists in program development and leads the Home and Abroad Programs.